Жанр
Война на Дунае тяжело задерживает читателя. Десятки раненых и солдат приближаются к госпиталю, где главный врач Егоров суетится, стараясь обезболить всех как можно быстрее. В этом жутком поле боя, полных тел и крови, дыхание становится сильнее.
Небось, хватит, пора бы мне и честь знать. Ну вот честно, не выпустите в полк добром, и точно тогда сбегу. Именно так и передай Дьякову. Ты же ему всё про меня докладываешь. Так ведь, жалобщик?
– Ваше высокоблагородие, Ляксей Петрович, ножку вот сюда ставьте, тут ступенька широкая в береге хорошо подрыта, – сконфуженно забормотал Мазурин. – Во-от, ага-а, хорошо. А я-то вам дорожку сейчас подсвечу, чтобы вы не дай бог не спотыкнулись. Никита, Никита, дурень ты эдакий! Беги скорее сюда с факелом! Господин полковник изволит обратно в гошпиталь идти!
– Ты мне, старый, зубы-то не заговаривай, – усмехнулся Лёшка, легко преодолевая крутой подъём.
– Так точно, ваше высокоблагородие, понял, – пробормотал лекарь. – Только ведь всё одно раньше середины апреля вас не велено в полк с концами из гошпиталя отпускать. Так что, тут такое дело, потерпеть вам меня ещё один месяц придётся.
– А откуда такой срок про середину апреля? – Егоров остановился и в упор посмотрел на Мазурина. – Ну, говори!
– Дык сам я слышал, – печально вздохнув, ответил тот.
– Не боись, Спиридонович, не выдам, – хлопнул по плечу подлекаря Лёшка. – Только и ты уж мне рассказывай, как только и чего там вдруг интересного услышишь.
Первый отряд прапорщика Луковкина вернулся через двое суток, под утро. Усталые, грязные егеря выскочили из галиота на брёвна причала и, перебежав вниз, на берег, замерли в строю.
– Господин полковник, отряд вернулся из дальнего поиска под Тульчу, – докладывал прапорщик. – При первой высадке вступили в бой с неприятелем.
