Российский император Михаил ставит точку над Австро-Венгерской империей, готовясь к решительной битве за проливы. Под звуки дневного звонаря начинается полный боевой ритм, а казаки в стремках гнаются за шатрами врага, неся с собой жареное мясо и пирожные в честь победы над врагом....
– Если вы, дядюшка, имеете в виду раздел тушки убиенной Франции, то должен заметить, что сам по себе этот вопрос не на пять минут, который можно обсуждать стоя на ногах, – сказал император Михаил. – Не лучше ли нам сейчас спуститься в адмиральский салон этого корабля, где уже все готово для парадного обеда в честь моего дорогого британского родственника, и в его процессе не спеша все обсудить. А то мы, русские, – русский император обвел рукой вокруг себя, включив в русское общество сербского принца, болгарского царя и дочь британского короля, – в голодном состоянии бываем очень злыми и неуступчивыми.
– О да, – немного поддержал своего коллегу кайзер Вильгельм, – обед – это святое. Гораздо хуже будет тем, которым придется только облизываться, когда мы будем уже есть. И вы понимаете, о ком я говорю, ха-ха-ха – об итальянцах, которым Ливия оказалась на один зуб. От такой легкой закуски у них только разыгрался аппетит. Теперь они хотят Хорватию, Албанию, а также весь юг Франции с Лионом, Марселем и Тулузой…
– Беспочвенные мечтания, Уильям, – проворчал король.
Еще час спустя, там же, дальний броненосный рейдер «Измаил», адмиральский салон.
Обед подошел к концу и настал момент, когда ловкие и услужливые стюарды убрали со стола посуду, оставив только курительные принадлежности, после чего удалились.
– Да, – сказал британский король, когда все не принадлежавшие к Посвященным покинули адмиральский салон, – обед был хорош, а теперь пора поговорить серьезно. С твоего позволения, Майкл, я, как самый старший из присутствующих, приму на себя обязанности спикера нашего заседания.
– Пусть будет так, дядя Берти, – ответил император Михаил. – В таком случае твое слово первое. Ты начинай, а мы поддержим.
– Итак, начну я с начала… сказал король, – нет, не с сотворения мира, описанного в Библии – это было бы слишком. А с начала того исторического периода, который мы с вами, дамы и господа, только что похоронили и даже помянули неплохим вином.
