Волчье кладбище — читать онлайн бесплатно полностью

Мой друг в смятении глянул на меня, а затем сказал странную фразу:

– Как считаешь, отец гордился бы мной, если бы я не сел в ту лодку, а пошёл бы с ним в Сопротивление?

– И погиб в неполные десять лет? – Я покачал головой и, поразмыслив, добавил: – Нет, он бы себя и мёртвого не простил.

– Милек поощрял свободу выбора сына. Вы с отцом ищете компромисс, но не находите, потому что ищете его на минном поле. Шаг в сторону, и один из вас резко взрывается.

Я хотел возразить, но не нашёл чем, а главное – чему.

Адамовы знаменитые психологические кульбиты, как известно, комментариев не требовали.

Кочински торжественно вручили грант. Один-ноль в пользу Роданфорда. После короткого перерыва на еду и напитки мы перетягивали канат, затем был матч в итонский пристенок. «Аугустовцы» нам сразу задали настрой: поведали, как они под эту стену весь год нужду справляли. И мы теперь должны были об неё хорошенько потереться. Один-один. Спустя час унижений, кучи ссадин и травм и традиционно ни одного забитого мяча мы наконец-то выдохнули, и нас повезли к родным стенам.

Вскоре настали экзаменационные дни. Я неплохо в общем справлялся, учитывая, что больше не встречался с Анной. Она уехала той ночью, как и собиралась, так что остатки мозгов я всецело переключил на учёбу.

Помню, на латыни зашёл Поттегрю. Приёмная комиссия состояла из молчавшего, словно парализованного, Милека Кочински и Дарта. Последний, мне кажется, старательно выражал свою значимость в этих стенах. Интересно, что он знал о своём грядущем назначении и знал ли вообще?

Поттегрю просил помощи, требовалось уладить одно недоразумение.

– Я лично проверил весь реквизит, сэр. Всё, что они нам прислали, их грузчик забрал в целости и сохранности. И знаете, что в письме треклятом они пишут? Что мы присвоили кальмара! Вздор!

– Потише, Поттегрю, – твёрдо изрёк Дарт.

– Взгляните! – Поттегрю тряс бумагой. – Жирными буквами – костюм кальмара! Они всё ещё требуют с нас этот костюм!

– Успокойтесь, Поттегрю.

Дарт повернулся к Кочински.

– Святой Аугуст никак не смирится с поражением, – шепнул он, на его губах мелькнула ухмылка.

Кочински походил на безмятежный куст сухой травы. Подул ветерок, и куст шелохнулся – вот что мне напомнил его кроткий бессознательный кивок.

Ночь жертвоприношений

Вечер последнего дня сессии мы отмечали семью бутылками шампанского.