– Как будто у Шивон этой всё по-другому.
– Что ты имеешь в виду? – нахмурился я.
– Да так. Девочки болтали.
– Говорили – наивное создание. Мечтала об одном – чтобы приехал и навек был с ней. А мечты вдруг раз – и разбились об острые скалы.
– Ты точно о Шивон говоришь?
Она кинула взгляд через плечо, но не в мои глаза, а на испорченные повсюду десерты.
– Господи! Что же теперь делать?
– Ты про наш итонский беспорядок? Не бери в голову. Я заплачу.
– Заплатим поровну. Так будет честно.
– Нет, юная леди. Не отбирайте моего мужского права.
Она вдруг рассмеялась. Наконец-то.
– Слушай, у меня приятель есть. Джо зовут. Он тебя не укротит, конечно, но будет дарить цветы. Я разрешу ему. Что скажешь?
– Это какое-то извращение. – Джульетта подобрала платье.
– Это жизнь, детка. Не можешь получить всего от одного, бери от двух.
Пока она возилась с молнией сзади, я с удовольствием наблюдал. И тут она задумчиво изрекла:
– Один любил её, другого любила она.
Джульетта метнула в меня ледяной взгляд и, конечно, успела заметить секундную растерянность на моём лице.
– А с третьим она танцевала, – добавила вдруг она с улыбкой победителя.
Я с присвистом изобразил полное расслабление и провёл рукой по лбу, вытирая пот.
– Не знаю второго, но первый будет верен по гроб жизни.
– Я сама второго ещё не нашла. Но где-то же черти его носят?
Хотел сказать, что это маловероятно, но сдержался.
– А первый исчезнет, как только вкусит ремесло третьего, – иронично заметила Джульетта, подобрав фартук.
– Ты не знаешь ведь, какой он, Джо. Последний романтик. Он, кстати, ведёт переписку с кем-то из тюрьмы. Открытками меняется.
– Полагаю, с заключённой. Фразы весьма банальны. Что-то про небо. Над всей какой-то тюрьмой безоблачное небо. Романтично, правда? Сэр Вальтер Скотт прямо.
Джульетта странно замерла с фартуком в руке. Она повернулась и слегка сдвинула брови.
– Заинтересовало? – спросил я.
– Ещё как. На что-то такое похоже, из военных времён…
– Нет. Слова эти про небо… – она прислонила ладонь к лицу, что-то вспоминая. – Ну-ка повтори ещё раз.
– Вроде бы над всей Флитской тюрьмой ясное небо.
– Над всей Испанией безоблачное небо, – повторили губы Джульетты.
– Почему над Испанией?
– Отец так много вещей интересных рассказывал. Про безоблачное небо – был такой пароль секретный у испанских военных. Они его придумали, чтобы одновременно восстать по всей стране против Второй Испанской республики.
– Занятно, – хмыкнул я. – Неужто испанскую почту не насторожило такое количество одинаковых открыток в один день?
– Если я правильно помню, то этот пароль прозвучал по радио…
Входная дверь распахнулась под раскаты грома. От неожиданности я чуть было не подскочил с пола, но Джульетта вовремя вдавила мою голову обратно.