Преподобный игумен Сергий собирает отроков в монастырях и скитах для возрождения ратного духа. В период систематических врагов нападений главный герой передает боевые искусства и готовит воинов к предстоящим испытаниям. Поединки становятся способом разрешения споров между людьми.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Волчья хватка. Книга третья» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Преподобный игумен Сергий собирает отроков в монастырях и скитах для возрождения ратного духа. В период систематических врагов нападений главный герой передает боевые искусства и готовит воинов к предстоящим испытаниям. Поединки становятся способом разрешения споров между людьми.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Трофимович Алексеев Легкое чтение Фэнтези Русское фэнтези подборки серии
Преподобный игумен Сергий собирает отроков в монастырях и скитах для возрождения ратного духа. В период систематических врагов нападений главный герой передает боевые искусства и готовит воинов к предстоящим испытаниям. Поединки становятся способом разрешения споров между людьми.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Напоминание о боярине вмиг приземлило его.
— Он лишил моего отца судьбы аракса, — проговорил Ражный, ощущая земное притяжение. — Искалечил руку…
Голос Дарьи вдруг стал низким и каким–то властным, как и мгновение назад — уста.
— Забудь о мести. Помни, ты вернулся из Сирого не для того, чтобы посчитаться с Пересветом.
— Он не имел права перешагивать порог моего родового дома. Чтобы не искушать меня местью.
— Наверное, у боярина есть к тому причины, — жёстко произнесла волчица.
Ответить Ражный не успел: калик принёс охапку дров, с грохотом высыпал возле камина.
— Сейчас погреем невесту! Вотчинник, а топить камин не умеешь. Ну, кто же в клетку кладёт дрова? В пирамиду составлять надо. Вот так! Это же тебе не русская печь…
И голой рукой стал перестраивать в камине горящие поленья.
Не лицо Дарьи, а его рука в огне почему–то и запечатлелась в сознании, как последний штрих, яркое пятно полотна…
Дядька Воропай нарушил неписаный закон и переступил порог его родового дома. Да ещё вырядился в кожаное оплечье Пересвета! Правда, видно было, достал его вместе с рубахой из дорожной сумки совсем недавно, ибо алам сидел неказисто, не облегал плеч, слегка коробился от долгой лёжки в отцовском сундуке. Бойцовская рубаха вовсе оказалась мятой, и всё отдавало нафталином.
— Здрав будь, боярин, — сдержанно обронил Ражный и по–хозяйски сел на лавку у стола."
"Пересвет, конечно, рисковал, явившись в вотчину, над которой сгустились опасные тучи пристального внимания властей, или, как ранее говорили, баскачьего призора. Однако сам факт, что дядька Воропай решился прийти сюда, тревожил и настораживал предчувствием чего–то важного и неотвратимого. Неужели калик не для красного словца болтнул про Пир Святой? Война, что ли, началась, пока в Вещерских лесах обретался? Да вроде бы на дорогах ни войсковых колонн, ни самолётов, ни бомбёжек…
— Доволен, вышел сухим из воды, — с недоброй насмешливостью проговорил боярин. — На кукушке прилетел из Сирого! С ярым сердцем…
— Это моя невеста, — отозвался Ражный. — Избранная и названая. Не я сочинял устав Сергиева воинства…
Пересвет задумчиво покачал головой.
— Да, писано мудро, всегда остаётся лазейка… У тебя была уже невеста, наречённая. Внучка Гайдамака. А ты обездолил деву!
— Я не любил Оксану.
— А свою избранную и названую любишь? Только не смей мне врать!
Ражный такого оборота и подобных вопросов не ожидал и на минуту ощутил себя нашкодившим отроком. Однако оправдываться не стал, и это подвигло боярина обратиться в ворчливого старика.
— Устав воинства мудрые старцы писали. Всё учли, всё предусмотрели… Только вот не думали они, что потомки Ражного станут не блюсти его суть, а вертеть им как вздумается! Для своей выгоды!
Последние слова будто плетью подстегнули Ражного.
