В заснеженных равнинах лютит мороз, и вот там-то мир становится напряженно острый. Ловчие иноки с табуном ждут под унывным свинцовым небом, их дух пропитан потом от ночей в бане и насыщенных земляными кострах. В сумерках они покрываются навозом для полного стирания запаха человека, но всё не помогает: ужасный волк до смерти старается их выявить среди ночи, заставляя жеребят залегать в плотном кругу....
Он вовсе не опасался предстать перед ней в чём мать родила, но вот невесты в сарае приняли бы его за маньяка, о которых наслышались, живя в миру. В любом случае перед целомудренными девами он бы оказался смешными беззащитным, как перед рассыпавшейся бочкой.
—Выйди, покажись, — негромко позвал он. — Ты же сейчас видишь меня, русалка?
И осёкся, вспомнив, что вместе с одеждой пропало и материальное свидетельство существования призрака–клок рыбьей кожи. Получалось, говорил сам с собой…
—Ладно, сочтёмся, — пообещал Ражный и побежал по ступеням вверх.
В предбаннике он увидел три полотенца, развешанные на верёвке, наугад сорвал одно, обвязался и в обход, по склону гребня направился к дому. Хорошо, что в сарае не было окон, незамеченным проскользнул на крыльцо и только распахнул дверь, как нос к носу столкнулся с вотчинницей. Та отпрянула и будто бы с удивлённым возмущением спросила:
—Это что за явление Христа народу? Более всего не хотелось объясняться со старухой, но тут уже участи такой было не миновать.
—Дай какой–нибудь одежды, — сдержанно попросил он.
—А куда свою дел?
Она прекрасно знала о шутках своего «истопника», возможно, даже руководила его действиями и сейчас талантливо изображала недоумение. Наверняка ей уже было известно, что вольный аракс бродит голым по урочищу, потому и прибежала из сарая, оставив девиц в чане, чего не делала полдня.
—Не дашь, так пойду, — пригрозил он. — И устрою смотрины.
—Духу не хватит! Ражный повернулся, вышел на крыльцо и сбежал по ступеням.
— Стой! — запоздало и приглушённо выкрикнула вдова. — С ума сошёл!.. Они же невинные… Иди сюда! На вас не напасёшься…
И отомкнула дверь кладовой. Сразу стало понятно, почему тут висел замок: в тесном и узком помещении, будто в армейской каптёрке, висел солдатский камуфляж — можно было одеть и экипировать взвод. А отдельно, на полках, хранился запас продуктов, тоже явно из армейских складов.
— Сам ищи, что подойдёт. — Вдова осталась за дверью, но продолжала считывать его мысли.
— Украли! — отозвался он с вызовом.
— Кто?..
— Это я у тебя хотел спросить!
Старуха помолчала, верно придумывая отговорку."
"— Военную форму могли и бандиты стащить, — предположила. — Незаконные вооружённые формирования.
