В темном и запахом воска убранстве борделя Анна пыталась скрыть дрожь. Тереза, прозванная Дикая Роза за свои черные волосы и ярко-коричневые глаза, неотрывно смотрела на нее. Великолепие борделя только усиливало ощущение предательства: каждая девушка была названа в честь цветка — здесь и сейчас время казалось бесконечным. Анна невольно воображала себя магнолией, стоящей на краю великолепного венца блаженства......
На несколько мгновений луна вышла из-за туч, и я рассмотрела волка. Шерсть на загривке стояла дыбом, с оскаленных клыков капала слюна. В янтарных глазах не осталось ничего человеческого, вряд ли Джек вообще осознавал, что происходит! Хорошо, что я взобралась на дерево…
Однако не успела я обрадоваться, как волк, ощерившись, навалился на него. Прародитель, оно слишком тонкое, чтобы устоять перед такой тушей! Дерево задрожало, и я крепче ухватилась за ветку.
— Джек! — в отчаянии крикнула я. — Это я, Анна! Не надо!..
Мои слова потонули в треске дерева. Взвизгнув, я полетела на землю — из легких выбило воздух, а затылок пронзила боль. В остальном мне повезло — ветви смягчили падение. Встрепенувшись, попробовала вскочить, но лишь отползла в сторону. Оскаливший зубы волк стоял прямо напротив, и сердце, казалось, замерло. Похоже, на этом все и закончится.
Как ни странно, волк не спешил нападать — он растерянно тряс мордой и поскуливал. Во мне шевельнулась надежда — может, все обойдется? Безумно хотелось отвернуться и броситься бежать, но это лишь подстегнет инстинкты хищника."
"Напоровшись ладонью на сухой корень, я ойкнула — кожу рассекло, и капля крови упала на землю. Словно завороженная, я проследила за ней взглядом и вздрогнула. Будто в насмешку лес озарила луна.
Внезапно тело охватило странное ощущение, похожее на щекотку и спазм одновременно. Что это такое? Впрочем, вопрос остался без ответа, потому что следом на меня обрушилась боль. С каждой секундой она усиливалась, а я поняла, что не могу сделать вдох. Паника захлестнула с головой, и я вскочила, силясь понять, что происходит.
Жутковатый лес, Джек, готовый растерзать меня, — все вокруг словно исчезло, единственное, что меня волновало, — возможность дышать.
Скуля на одной ноте, я вдруг почувствовала вторую часть себя — сильную и уверенную.
