В темном и запахом воска убранстве борделя Анна пыталась скрыть дрожь. Тереза, прозванная Дикая Роза за свои черные волосы и ярко-коричневые глаза, неотрывно смотрела на нее. Великолепие борделя только усиливало ощущение предательства: каждая девушка была названа в честь цветка — здесь и сейчас время казалось бесконечным. Анна невольно воображала себя магнолией, стоящей на краю великолепного венца блаженства......
Самое ценное — люстра с горелками в коридоре!
— А ты работящая, — вдруг заметила Дороти.
Я пожала плечами:
— Спасибо, жизнь заставила… — С губ едва не сорвалась фраза про шитье, но в последний момент я прикусила язык. — Да и навыки готовки мне пригодятся.
— Собираешься вскоре оставить свое… ремесло?
— Можно и так сказать, — кивнула я, поспешно отвернувшись.
Лгать Дороти не хотелось — она единственная из всех домочадцев относилась ко мне неплохо. Периодически я замечала ее взгляды, но она не позволяла себе никаких оскорблений и, за исключением самого первого дня, больше не пыталась учить меня жизни.
— Я иногда тоже жалею, что уволилась… — вздохнула Дороти. — Точнее, меня уволили, но я могла поискать подобную работу в другом городе. Но так и не рискнула.
— А кем вы работали? — спросила я, забыв про морковку. Прежде Дороти никогда не говорила о себе, а мне хватало такта не задавать вопросы.
— Я работала в приюте. Учила подростков грамоте, а пару ночей в неделю дежурила в жилом корпусе. Там мы и познакомились с Джеком. Ох и задиристый он был! И оборотни, и люди травили его, а он ни одного оскорбления не прощал — сразу бил. Сколько раз мне приходилось обрабатывать его раны…"
"Я удивленно приподняла брови:
— Я думала, вы родственники.
— Нет, — помотала головой Дороти.
— А за что вас изгнали? — спросила я и тут же осеклась. — Ой, простите за неуместное любопытство.
Дороти махнула рукой:
— В свое время эта история прогремела на весь город. Моя дочь отказала сыну лэрда и сбежала с разносчиком.
Я удивленно округлила глаза. Сдается мне, сын лэрда — это весьма выгодная партия! Многие человеческие девушки руку бы отдали за такое предложение! Правда, оборотни предпочитали жениться на своих.
— Понимаю твое изумление, — вздохнула экономка. — Сперва Ханна обрадовалась. Еще бы! Дочка простой учительницы и сын лэрда! Да и Йен был молод и хорош собой. Оказывается, он приметил ее, когда приезжал с визитом в приют, где Ханна помогала мне.
