В холод и металле, когда мне было двенадцать, и я стоял на пороге своей обычной жизни, отец решил уйти из нее. Волчья песнь шепчет в глубинах моего сердца, связывая мое сознание к далекой, чужой реальности. Книга Волчья песнь — это напряженное путешествие через страх и тайны, где мы видим мир не только с тех пор, как отец ушел, но и за пределами обычной жизни....
Что совсем не странно. Вообще.
— Рико, — сказал я.
— Да?
— Заткнись."
"— Но это странно. То, что ты не считаешь это странным, еще не значит, что так и есть.
— Подобные разговоры не делают это менее странным.
— Мне кажется, мы должны, по крайней мере, обозначить подобную странность…
— Рико!
— Уже заткнулся.
Картер с Келли успели раздеться к тому моменту, как Рико наконец закрыл рот. Картер подмигнул мне, а затем перекинулся — над поляной громко раздался знакомый треск и хруст костей и мышц. Келли последовал за братом, и через миг в лунном свете появились два волка с оранжевыми глазами и оскаленными в волчьей ухмылке зубами.
Братья не так уж сильно отличались от тех, какими были много лет назад. Та же расцветка, что и прежде. Зато оба определенно стали гораздо крупнее и массивнее. Пусть они никогда не будут такими большими, как Томас, тем не менее выросли Картер с Келли все равно заметно. Я понятия не имел, связано ли это с возрастом или же с Джо. Вполне возможно, и с тем и с другим.
Марк с Элизабет последовали их примеру, Рико пробормотал что-то о том, как все слишком спокойно относятся к наготе, а Крис назвал его ханжой.
Вскоре на поляне появились уже четыре волка, они терлись друг о друга, Картер с Келли жались к матери по обе ее стороны, радостно извиваясь, будто щенки.
— Давай, Робби, — приободрил его я, чувствуя на себе взгляд Джо.
— Мне не обязательно, — ответил Робби с полным острых зубов ртом. — Я могу остаться с тобой. Могу побегать и так. Или наполовину обратившись.
Но это было не так. Я знал про притяжение луны, его волк скребся под кожей, отчаянно пытаясь вырваться на волю. Когда-то давным-давно Марк говорил мне, что волку физически больно не обращаться в полнолуние, и если оборотень подавляет это слишком долго на протяжении слишком многих лун, то может заработать психическое расстройство.
— Все хорошо, — беспечно заверил я. — Тебе следует привыкнуть к остальным.
Его это явно не порадовало, судя по тому, как Робби переводил взгляд с Джо на меня и обратно.
Джо продолжал смотреть на меня с отсутствующим видом. Раньше он так не умел. И мне это было ненавистно.
Робби перекинулся у меня за спиной. Он выглядел более поджарым и долговязым, чем остальные, чуть меньше ростом, с длинными тонкими лапами и узким телом. Его хвост дернулся, когда он подошел и встал рядом со мной, наблюдая, как волки из его стаи смешиваются с волками из другой стаи.
