В холод и металле, когда мне было двенадцать, и я стоял на пороге своей обычной жизни, отец решил уйти из нее. Волчья песнь шепчет в глубинах моего сердца, связывая мое сознание к далекой, чужой реальности. Книга Волчья песнь — это напряженное путешествие через страх и тайны, где мы видим мир не только с тех пор, как отец ушел, но и за пределами обычной жизни....
Марк был на другой стороне улицы. С Гордо. Они явно не были рады друг другу.
— Засранец, — пробормотал я.
Я протолкнулся к выходу. Келли схватил меня за руку.
— Нет, Окс, ты не можешь просто…
Но я прорычал ему что-то свирепое, его глаза расширились, и он сделал шаг назад.
— Джо, оставайся здесь, — рявкнул я через плечо.
Глаза Джо сузились, и он открыл было рот, чтобы запротестовать, но я прервал его, велев Келли присмотреть за ним. Картер встал и без единого слова последовал за мной к двери.
Приближаясь к ним, я слышал лишь обрывки фраз.
— Гордо, это не то же самое…
— Вы уехали. Я оберегал этот город, а вы блядь, уехали…
— Мы должны были, мы не могли…
— Я выставлю вокруг него защиту. Укреплю ту, что вокруг дома. Вы никогда не…
— Это его выбор, Гордо. Он уже достаточно взрослый, чтобы…
— Оставьте его в покое. Он не ввяжется в это.
— Ты знаешь, что случилось с Джо.
Гордо сделал шаг назад.
— Гребаный ублюдок. Ты не можешь использовать…
— Гордо!
Он распахнул глаза и взглянул на меня.
— Окс, тащи сюда свою задницу, сейчас же.
— Что, блядь, с тобой не так, чувак? — спросил я его.
Оттолкнув Марка, я встал перед Гордо, практически грудь к груди. Я никогда раньше не использовал свои габариты, чтобы запугать кого-то.
Но ничего страшного, потому что Гордо, казалось, плевать на это, даже когда мы оба поняли, что за последние несколько месяцев я перерос его.
— Отойди, Окс. Позволь мне разобраться с этим.
— С чем? Ты не сказал мне, что знаком с ними. Что происходит?
Он сделал шаг назад. Его руки сжались в кулаки по бокам. Татуировки выглядели ярче обычного.
— Старая семейная драма, — процедил Гордо сквозь зубы. — Долгая история.
— Я понимаю, ясно? — сказал я, указывая на нас. — Понимаю. Но ты не можешь указывать мне, что делать.
"— Дело не в тебе…
— Да? А мне кажется, еще как во мне.
Гордо закрыл глаза. Сделал глубокий вдох, затем медленный выдох.
— Окс. Мне нужно, чтобы ты был в безопасности.
— Да что со мной будет? — я ничего не понимал.
— Мать твою. Он твои узы, — мрачно усмехнулся Марк. — Ну что за гребаная ирония судьбы.
Гордо закипел и попытался обойти меня, но я не позволил.
— Прогуляйся, чувак, — велел я ему. — Остынь.
