В холод и металле, когда мне было двенадцать, и я стоял на пороге своей обычной жизни, отец решил уйти из нее. Волчья песнь шепчет в глубинах моего сердца, связывая мое сознание к далекой, чужой реальности. Книга Волчья песнь — это напряженное путешествие через страх и тайны, где мы видим мир не только с тех пор, как отец ушел, но и за пределами обычной жизни....
Заставлял плакать, истекать кровью и кричать. Иногда он звонил им. Плохой человек. Он звонил им, и они слышали, как Джо на заднем плане просится домой. Все, чего он хотел — вернуться домой.
Восемь недель. Им потребовалось восемь недель, чтобы найти Джо.
И они нашли его. Но он больше не говорил.
Джо помнил их. Свою семью. В основном. Он молча плакал, его руки тряслись, а плечи дрожали.
Но он не говорил.
Даже когда его преследовали наихудшие кошмары по ночам, он просыпался с криком, метался по кровати в попытке убежать от плохого человека, но не говорил ни слова.
Беннеты пробовали терапию. Это не помогло. Ничто не могло заставить его заговорить вновь.
— Пока не появился ты, — сказал Томас.
Наверное, я все еще не был мужчиной, потому что из-под всей этой ярости прорвалась слеза и скатилась по щеке.
— Кто? — прогремел я.
— Человек, который хотел то, чего не мог получить, — ответил Томас.
— Ты убил его?
Его глаза потемнели.
— Зачем тебе это?
— Потому что я убью его, если ты не сумел.
— Ты сделаешь это?
— Ради Джо? Да.
— Ты многограннее, чем кажешься на первый взгляд, — проговорил Томас. — Эти твои грани. Как только я думаю, что разглядел все, появляется новая.
— Могу я увидеть его?
— Дай ему пару дней, Окс, — Томас мягко сжал мое плечо. — Он найдет тебя, когда будет готов. А ты позаботься о своей девушке. Она этого заслуживает.
— Она не моя девушка, — пробормотал я покраснев.
— Но может стать ею.
— Может быть.
Впервые за все время нашего знакомства я застал Томаса Беннета врасплох. Его глаза распахнулись, и он сделал шаг назад.
— Что?
— Твоя стая. Или как там сказал Картер.
Томас ничего не ответил, и я подумал, не пересек ли я черту, о существовании которой не подозревал.
— Я не хотел… — Я умолк, не зная, как закончить мысль.
— Что ты имеешь в виду под стаей?
— Семью, — уверенно ответил я.
Томас улыбнулся.
— Да, Окс. Ты — часть моей стаи.
* * *
На следующий день Картер и Келли не появились в школе.
"— Уверена, все в порядке, — успокоила Джесси, сжимая мою руку, пока мы сидели на обеде. Я изо всех сил старался улыбаться ей. А она говорила о том, как ей понравился Грин-Крик, гораздо сильнее, чем она думала. О том, что уже не может дождаться лета. О том, как скучает по маме.
