В холод и металле, когда мне было двенадцать, и я стоял на пороге своей обычной жизни, отец решил уйти из нее. Волчья песнь шепчет в глубинах моего сердца, связывая мое сознание к далекой, чужой реальности. Книга Волчья песнь — это напряженное путешествие через страх и тайны, где мы видим мир не только с тех пор, как отец ушел, но и за пределами обычной жизни....
Мама подождала, пока я отойду от двери, а затем протиснулась мимо меня. Она нахмурилась, когда дернула за ручку.
— Ты ее запер?
Я улыбнулся. Наверное, со стороны я казался сумасшедшим.
— Сила привычки.
— Угу, — она вышла и закрыла за собой дверь.
Я вмазал кулаком по стене. Это было чертовски больно.
Ему ведь всего семнадцать. Это неправильно.
Вот только ему уже почти восемнадцать.
Что… хорошо.
Но.
Это же Джо.
Опять и опять. Снова и снова.
Ожил телефон. Входящее сообщение.
Джо.
«Ты где???»
Я глянул на часы.
— Черт, — пробормотал вслух.
Я не мог не пойти на ужин. Это традиция. А если притворюсь больным, кто-нибудь (ДжоДжоДжо) придет, чтобы проверить, как я.
Так что я вынужден был идти.
Со своим сердцебиением я ничего поделать не мог. Они все равно его услышат несмотря ни на что. Что-нибудь придумаю.
Но запах…
Взбежав по лестнице, я сорвал с себя футболку и схватил другую из ящика. Натянул ее и пошел в ванную. Нашел старый флакон одеколона, которым давным-давно не пользовался, потому что волкам он не нравился.
— Он блокирует тебя, — сказал мне как-то Джо. — Во всяком случае, большую часть тебя.
Я опрыскал себя по меньшей мере раз шесть.
Написал Джо ответ.
«Уже иду».
Потребовалось еще двадцать минут, чтобы заставить себя вернуться в дом в конце переулка.
В конце концов, я велел себе быть мужественным, потому что мне уже почти двадцать три гребаных года, и я даже сражался с монстрами (однажды), а еще тренировался с волками (много раз).
С которым, очевидно, мне хотелось. Вытворять. Всякое.
И это никоим образом не успокаивало сердцебиение.
С каждым шагом, который я делал, преодолевая расстояние к дому Беннетов, мне казалось, что я иду навстречу своей смерти.
Я слышал их всех на заднем дворе. Наверное, уже готовились приступить к трапезе. Смех. Разговоры. Крики.
А потом все затихло.
Я еще даже не успел обойти с другой стороны дома.
— Это что, Окс? — послышался голос Марка.
Раздался грохот, а затем топот нескольких бегущих ко мне пар ног.
Они завернули за угол и остановились.
— Где он? — потребовал Марк.
— На нас напали? — спросил Томас, готовый сорваться с места. Его глаза вспыхнули красным.
— Окс? — подхватил Картер. — Чувак. Серьезно. Твое сердце, парень. Ты будто дико напуган.
— Привет, ребята, — выдавил я. Я быстро усвоил, что не следует убегать от волка, когда он вот-вот перекинется.
