В темноте облаков и рябых отблесках заходящего солнца, по степи плещет мутный шорох струйки реки. Вдалеке слышится тихий вой ветра, словно затаившийся вожатый беглецов. Красочная картина природы завораживает и тревожит одновременно – как языки пламени дикого огня, гаснущие над застывшей равниной. "Может, не надо ехать к Авроре?" - спрашивает зэк, чувствуя на себе взгляды местных жителей....
Они бы все правильно сделали… А перед Натаном я точно извиниться хочу. Виноват я перед ним. Не надо было его трогать… Можно, я перед ним извинюсь? Я же чуть не убил его.
– Вот я и думаю – может, тебе покушение на убийство оформить? Получишь еще пяток лет…
– Не надо, – тяжко вздохнул Ролан. – Лучше я извинюсь перед Натаном.
– Ну, мы же не в детском садике.
– Логично. Ладно, не буду извиняться. Только покушение на убийство шить не надо, хорошо?
– Не пойму я тебя, Тихонов, – пристально посмотрел на него Храпов.
Ролан опустил голову и пожал плечами. Дескать, ваше право сомневаться.
– Овцой хочешь казаться, а сам бригадира избил, оказал сопротивление сотрудникам администрации, в санчасти наломал дров… Не вижу я в тебе овцу. Овечью шкуру вижу, а овцу – нет… Значит, извиниться перед Натаном Елизарьевичем хочешь?
Ролан угрюмо кивнул, не поднимая глаз.
– Уверен в этом?
На этот раз он просто пожал плечами. Дескать, если будет возможность, почему бы не извиниться, а не будет, так и не надо.
– Как рука? – спросил Храпов.
– Да ничего, нормально… Через недельку можно работать… Только из санчасти обратно в карцер отправят. Лучше работать… Только чтобы работа полегче…
– А может, ты просто хитрожопый? – внимательно глядя на Ролана, насмешливо спросил полковник.
– Нет, просто я попал в очень сложную ситуацию…
– Ничем не могу тебе помочь.
– Даже выпутаться не поможете? Хотя бы на одну треть от срока… А говорят, бригадирам наполовину срок сокращают…
– Говорят, что кур доят.
– Не доверяете?
– Честно тебе скажу, не доверяю. Мутный ты какой-то…
Храпов позвал конвоира, и Ролан отправился обратно в санчасть.
А через три дня его выписали и отправили в камеру. Он думал, что попадет обратно к Олегу, но это была другая камера, не менее комфортная, и всего три койки из восьми заняты.
Место смотрящего занимал могучего сложения парень с круглой лысой головой и торчащими ушами.
Он понял, зачем оказался в этой камере. Это Храпов решил проверить, искренен ли был Ролан в своем стремлении извиниться перед этим человеком. Но зачем ему это надо? Похоже, он действительно в чем-то его подозревает.
