В темноте облаков и рябых отблесках заходящего солнца, по степи плещет мутный шорох струйки реки. Вдалеке слышится тихий вой ветра, словно затаившийся вожатый беглецов. Красочная картина природы завораживает и тревожит одновременно – как языки пламени дикого огня, гаснущие над застывшей равниной. "Может, не надо ехать к Авроре?" - спрашивает зэк, чувствуя на себе взгляды местных жителей....
К полуночи гости отправились в свой лагерь, Ролан проводил их, а утром они снялись с якоря. Оставалось надеяться, что свою тайну старатели оставят при себе.
Глава двадцать вторая"
"Ночь, тишина, только слышно, как сверчок заливается в огороде. Собаки во дворе нет, Серега уехал с ней, а вернулся без нее. Цыпаку это на руку, ведь не просто так он отправился к Сереге в гости.
Впрочем, парень сам во всем виноват, успокаивал себя отморозок, нечего было по пьяной лавочке хвалиться свой добычей. Золота он действительно привез много и еще поедет, через пару лет всю станицу купит, будет здесь самым крутым…
В хате горел свет, дверь была открыта, в комнате накрыт стол.
– Бухаем? – свирепо усмехнулся Цыпак, вламываясь в комнату.
– Э-э, я не понял! – ошеломленно уставился на него Серега.
Брат его тоже возмутился, но их гонор быстро сошел на нет, когда вслед за Цыпаком в комнату ввалились громила Шмат и здоровяк Челя. У одного в руке казачья шашка, у другого – бейсбольная бита. А у Цыпака «ТТ» в руке. Шутить он не любит, и Серега хорошо это знает.
– Чо, водку пьянствуем? А на какие шиши?
– Я не понял, что за дела? – вскочил со своего места Сашка.
– Челя!
Цыпак поднял руку, и по этому знаку Челя должен был ударить бунтаря битой.
– Ой-ёё! – взвыл Сашка.
Дашка свалилась в обморок, а Маринка дико завизжала, прижав ладони к щекам. Но Шмат снова замахнулся, и визг оборвался.
– Вякнешь, в капусту изрублю, мать твою!
Маринка в ужасе, с открытым ртом смотрела на него. Наклонить бы ее сейчас, да времени нет.
Сашка в страхе забился в угол дивана, приложив к раненой руке подушку.
– Золото где? – заорал на него Цыпак.
– Какое золото?
– Шмат!
И снова в свете лампы грозно сверкнула вознесенная над головой шашка.
– Ладно, ладно! – сдался Сашка. – Серега, принеси!
Его брат кивнул, вышел в соседнюю комнату, недолго думая, Цыпак отправился за ним.
– Ты иди, иди, я сам! – замахал руками Серега.
