В темноте облаков и рябых отблесках заходящего солнца, по степи плещет мутный шорох струйки реки. Вдалеке слышится тихий вой ветра, словно затаившийся вожатый беглецов. Красочная картина природы завораживает и тревожит одновременно – как языки пламени дикого огня, гаснущие над застывшей равниной. "Может, не надо ехать к Авроре?" - спрашивает зэк, чувствуя на себе взгляды местных жителей....
"
"Сначала Ролан срезал веревки, только затем, приложив палец ко рту, снял повязку с лица и вытащил изо рта скомканную тряпку.
– Они… – захлебываясь от эмоций, заикаясь, выдавила она из себя. – Они там… Они за мной…
Одной рукой она показывала в сторону, откуда прибежала, а другой держалась за Ролана.
– Они мать… Они маму задушили…
– Тише говори. Кто – они?
Оглядываясь, Ролан повел ее к дому.
– Их трое… Твари… Напросились в гости, а сами… Маму мою убили… Меня с собой увезли… Сказали, что со мной будут жить, в доме…
– В каком доме?
Из-за деревьев показался частокол и выглядывающая из-за него крытая полиэтиленом и мхом крыша.
– Не знаю… Может, в этом… Здесь дом где-то должен быть…
Добрик встретил их радостным лаем, но Ролан успокоил пса короткой командой и властным движением руки. Собака замолкла, но уши не опустила. Похоже, она тоже чувствовала приближение беды. Поэтому побежала к забору, чтобы обойти его по периметру.
Ролан закрыл калитку на засов. Если чужие приблизятся к дому, Добрик немедленно даст знать, но эта мысль не успокаивала.
– Вы здесь живете? – дрожащим голосом спросила девушка.
– Как видишь.
– Они говорили, что у вас золото есть.
– Сколько их?
– Трое. Злые… Издалека откуда-то. Говорили, что в этих местах много золота… Им сказали, что где-то здесь дом есть…
– Кто сказал?
– Ну, люди, которые уже здесь были… Из-за них они сюда уехали… Они говорили, что их из-за этих людей милиция будет искать…
Девушка говорила сбивчиво, сумбурно, но Ролан все равно ее понял.
– У них есть оружие? – спросил Ролан.
– Да, я пистолет видела… И еще ружья у них охотничьи…
– Ты как сбежала?
– Я в машине лежала, багажник закрыт был, а потом один открыл его, тушенку из коробки достал.
Ролан взял ее руки в свои ладони, осмотрел. Синева вроде бы проходит, но цвет все равно нездоровый. И опухлость нехорошая.
– Как звать-то тебя?
– Алевтиной кличут…
– Руки чувствуешь?
– Да.
