Из подземелья тюремного мира он попадает обратно в мир свободы, но лишь на время. Вольностью кажется не избежать суеты и пороков, особенно когда каждый шаг может быть мановением к новой неправедности. Страх и притяжение силы ожидаемы, но он решает вернуться к себе, кто был прежде – интуиция, совесть и самопознание – чтобы найти новый путь в жизни....
Он бежал по двору, она прицелилась и выстрелила. Но опять мимо.
– Сука, мразь! – орал он, петляя по двору, словно заяц.
Она снова выстрелила. Мимо. Еще раз громыхнул пороховой разряд. Тот же результат. А Леньчик, петляя, удалялся. Перемахнул через заборчик, за которым начинался огород, и наутек. Аврора выстрелила еще пару раз, но обе пули прошли высоко у него над головой.
* * *Еще совсем недавно Алик строил козни против Авроры, но сейчас он готов был умереть за нее – и не только как ее начальник службы безопасности, но и как человек.
Как-то быстро все получилось. Данилыч хоть и крючкотвор, но деньги собрал без промедления. Может, и не все из кассы выгреб, но главное – что отморозкам этого достаточно. Алик снова сел за руль, Тополь устроился сзади, забрал у него кейс с деньгами и приставил к сиденью ствол пистолета. Ситуация для него самая что ни на есть благоприятная. Деньги в руках, никакой погони на хвосте, дорога до хутора свободная..."
"Погоня появится чуть позже. Данилыч не дурак, он поставит в известность кого надо.
Рация продолжала работать в режиме приема-передачи. И было слышно, что происходит на том конце эфирного отрезка. А там прозвучал вдруг выстрел. Угроза со стороны Леньчика. «Ты у меня еще попляшешь, мразь!» И снова выстрел, но уже более отдаленный...
– Это что такое? – ошалело спросил Тополь.
– Не знаю, – подавленно пробормотал Чудик.
– Кажется, завалили вашего Леньчика, – сказал Алик.
Рация молчала, поэтому он мог только предполагать.
– Кто?
– Аврора. Она же стреляла. А у нее первый разряд по пулевой стрельбе, – соврал он.
– Что же делать? – скатился на паническую ноту Чудик.
– Сматываться. Делим деньги на троих, и в разные стороны...
– На троих?! – возмутился Тополь. – Ты чо, в натуре, какое на троих?
– На тебя, на меня и на Чудика...
– Ты здесь с какого бодуна?
– Да с такого.
– Да ладно, – не поверил Тополь.
Его можно было понять: Алик и сам себе не верил. Потому что не было за ним судимости.
