Во время Гражданской войны и Первой мировой войны английская разведка и белоэмигранты начали операцию «Волос ангела» по похищению национальных сокровищ из России. История разворачивается на фоне хаоса, где власть боролась за господство, а интриги вели к скрытым договорам.
— Матрос, который много лет плавал вместе с убитым греком, показал, что они за деньги, полученные от контрразведки Врангеля, подрядились доставить к нашим берегам двух людей, тайно высадить их в пустынном месте, обеспечив скрытность этой операции. На причале вас и вашего попутчика, а теперь у нас нет сомнений, что пассажирами были именно вы и убитый греком мужчина, провожал подполковник Чернов из контрразведки генерала Врангеля. Так?
— Помилуйте… Какой-то Чернов, тайные высадки… — невольно заерзал на стуле Березин. — Откуда вы все это взяли?
— У нас есть фотографии некоторых чинов белогвардейской контрразведки и разведки, активно действующих против советской власти и в эмиграции, — спокойно пояснил следователь. — Среди предъявленных ему фотографий матрос, его зовут Али, безошибочно указал на фото Чернова. Вот так! Мы внимательно осмотрели судно, нашли ваши вещи и вещи вашего попутчика, костюмы, в которые вы собирались переодеться, фальшивые документы, деньги… Нас интересует, с какой целью вас направили сюда, адреса явок, пароли, способы связи с вашим центром.
— Глупость какая! Я денег хотел заработать, понимаете, денег! Потому и пошел в море с этим проклятым греком. Наган у меня остался со времен Гражданской войны, так, кажется, вы ее называете? И только… А вы мне приплетаете контрразведку барона Врангеля, какого-то Чернова, явки, пароли… Глупость!
— Не кричите… — опять вздохнул следователь, словно сожалея, что Березин такой несговорчивый, непонятливый и не хочет никак взять в толк, что дело пошло серьезное и надо относиться к нему соответственно, без истерик. — Криком ничего доказать невозможно, факты нужны. У вас их нет, а у нас есть.
— Какие факты? — иронически скривился поручик. — Мало ли чего мог таскать с собой контрабандист. И деньги, что вы нашли, может, тоже его? Верите этому Али, так извольте верить и мне. Пока все, что вы говорите, — это так, слова, и не более того.
Следователь закурил, предложил свой кисет Березину. Тот отказался. Затянувшись едким дымом, чекист неожиданно спросил:
— Поручика Гирина хорошо знали?
Березин почувствовал: вот оно, начинается главное. Не выдать себя ни жестом, ни словом, иначе — конец. Чем они могут располагать против него? Если бы знать! А вдруг у большевиков положен адвокат? Хотя нет, пока он в Чека как нарушитель границы, ни о каких адвокатах и речь заводить не стоит, для этого, видимо, надо доказать, что его действия носят чисто уголовный характер.
