В Волшебнице для короля два сердца встречаются в противостоянии магии и страсти. Эта романтическая история развивается вокруг юной сирены, чьи таланты заставляют мужчин восхищаться. Атмосфера книги — это смесь невероятных событий и дрожащей от нетерпения натяжки до краев....
Я пожала плечами, обернулась и тут же пожалела об этом. Илар был все так же красив, как много дней назад, когда мы впервые встретились. Но сейчас от его шутливости и легкости не осталось и следа, будто тяжелая одежда и корона придавили его к земле, состарили на много лет и сделали больше похожим на Кроу, чем на самого себя. Даже щеки его были гладкими, хотя я как никто другой знала, что Илар ненавидит бриться, а весь двор вслед за ним щеголяет со щетиной. Мне нравилось это, всегда в Иларе нравилось. Цепляло, как любая неправильность: король со щетиной, глупость ведь.
Он опустил вгляз на столик у кресла и замер, наткнувшись взглядом на кольцо и монету.
— Куда-то собираешься?
Я молчала.
— Зачем ты ждала Этена?
— Я выполнила свою часть сделки, — вздернула я подбородок. — Теперь ваша очередь выполнить свою. Вы обещали, что отправите меня домой.
— А если не отправлю?
Я сжала зубы.
— Тогда я вынуждена буду попрощаться прямо сейчас. О том, как прошло обучение у Валлери, вам доложат и без меня.
Взяв сумку, я направилась к выходу, но Илар схватил меня за руку и, встав, развернул к себе.
— Не смей так со мной разговаривать! Ты уйдешь только тогда, когда я скажу!
Лицо его исказилось злостью, и на кончиках моих пальцев затанцевали искры.
— Ты обещал, что будешь уважать меня, — сказала я, уверенная, что Илар отлично чувствует жар, исходящий от моих рук. — Считаться со мной.
Тот разжал руки, и я отшатнулась назад. Когда я уже подошла к двери, Илар бросил:
— Да как ты можешь меня обвинять!
Я обернулась.
— Я не обвиняю тебя.
— Тогда какого ломанного грифоньего когтя ты…
— А ты бы смог? — я прищурилась и провела рукой по глазам. Не реветь! Только не реветь! Не хватало еще, чтобы Илар начал жалеть меня. — Ты на моем месте смог бы?
Мне показалось, что та секунда, которую мы смотрели друг на друга, длилась вечность. А потом — кажется, это Илар двинулся навстречу. Я не могла сказать точно. Наверное, все-таки он, потому что в следующую секунду я почувствовала руки Илара на плечах, на спине, а затем на щеках, когда Илар поднял мое лицо и наконец посмотрел в глаза — открыто и немного безумно, как будто в последний раз.
Поцелуй получился грубым, наполненным тоской и голодом, таким же безумным, как взгляд Илара. Это не те объятья, о которых я мечтала, скучая по Илару: я думала, наша встреча будет наполенена радостью, а она оказалась намного грустнее, чем прощание, состоявшееся несколько недель назад.
