– Это ты! Это из-за тебя! Если бы не ты… если бы не ты…
Галина попятилась в испуге – так поразило ее выражение его лица, так поразил его голос.
– Олег, Олежка! – произнесла она растерянно. – Что ты говоришь? Ведь это я!
– Уйди! – глухо сказал он. – Уйди, чтобы я тебя никогда больше не видел. Ох, как же я вас ненавижу!
«Если ненавидишь, то какого черта приперся к нам в дом, – думала Галина, уходя, – мы тебя не звали. Все очень просто, деньги тебе были нужны. В конце концов, мог бы честно все рассказать, мама бы помогла своей старой подруге в память о прежних временах. Впрочем, не знаю, ничего я не знаю!»
Ее затрясло крупной дрожью. На улице холодно, а она выскочила в одном тоненьком свитерке. По дороге ей встретился охранник Виктор.
– Что там? – деловито спросил он. – Насмерть?
– Сам посмотри! – зло бросила ему Галина. – Если интересно!
Анфиса бросилась к ней, вся в слезах.
– Убилась! – причитала она. – Как же так? Кто бы мог подумать? Убилась насмерть!
– Замолчи! – Галина сильно тряхнула ее за плечи. – Чаю принеси! – приказала она непослушными губами.
Хотелось завыть в голос и кататься по полу или биться головой о стену. Никто не поможет, теперь все пропало.
Без стука она вошла к матери. Та, увидев ее, спрятала мобильный телефон.
– Я звонила Сергею Михайловичу, сказала, что у нас несчастье, просила приехать…
– И что? – равнодушно спросила Галина.
– Он сказал, что приехать никак не может, велел вызывать полицию и «Скорую».
– Уж как-нибудь сами бы догадались, без его поучений, – буркнула Галина.
– Это ужасно, просто ужасно! – Мать дрожащими руками шарила в тумбочке. – А я так хотела сегодня отпраздновать. Мне ничего не надо, только немножко тепла и радости… Неужели я не заслужила этого? Я столько страдала…
Галину невольно резанул тот факт, что мать говорит только о себе, а ведь Полина все же была когда-то ее близкой подругой. И она не знает, что та ее предала, и вот, похоже, что ее смерть маму нисколько не трогает.
Мать между тем нашла в тумбочке какие-то таблетки и выпила сразу две. Гале не понравилось, с какой жадностью она их схватила, девушка тронула упаковку, мать не хотела отдавать, тогда она вырвала коробочку силой.
– Но это же… такое сильное средство, – удивилась она. – Откуда ты его взяла?
– Откуда? – зло ощерилась на нее мать. – Не твое дело! Ты понятия не имеешь, каково мне было одной, после смерти мужа. Он не имел права умирать так! Он обещал мне все на свете, а сам! Отдай немедленно!
– Не кричи! – Галина отдала матери коробочку. – В доме покойник, полиция скоро приедет, возьми себя в руки!
– Я не буду с ними разговаривать, сама разбирайся! Ты с ней ругалась, вот и… – Мать прилегла на подушку и утомленно прикрыла глаза.