Кажись, загнулась. Надо тут вещички прибрать, дорогие у нее вещички, а ей они уже ни к чему.
– Ой, Геночка, а у нее глаза открыты!
– По… мо… гите… – едва слышно выдохнула Галина.
– Ой, она что-то говорит… – испуганно прошептала девица из-за плеча своего приятеля.
– Ничего, долго не протянет! – уверенно ответил тот. – Я таких, с передозом, много раз видел. От силы еще полчаса проживет – и кранты. Однозначно, надо вещички ее прихватить, нельзя же тут без присмотра оставлять, здесь их кто угодно упереть может. Люди, знаешь, всякие попадаются…
– Ой, Геночка, а мне страшно!
– Страшно – так вали куда хочешь, а я хоть сумку ее возьму. Я такие сумки видел, больших денег стоят… Степаныч мне за нее самое малое двадцать штук отвалит!
– Неужели двадцать? – недоверчиво пропищала девица.
– Это самое малое! Ну, и часы тоже… отличные часы, швейцарские! Они еще дороже стоят!
Он ловко расстегнул браслет и снял с руки Галины ее номерные золотые часики. Галина попыталась сопротивляться, но руки ее по-прежнему не слушались.
– А она смотрит! – проговорила девица. – Геночка, может, ты ее того… стукнешь, чтобы не смотрела?
– Сдурела, что ли? – зыркнул на нее парень. – Это уже статья будет! Я под статью попасть не хочу! А так – знать ничего не знаем, ведать не ведаем! Мы тут даже не проезжали! Степанычу вещички быстренько скинем, и все! Нас это дело не касается! Тут вообще дело темное – если ее здесь оставили в машине, значит, явно какой-то криминал…
– Ну, так пошли отсюда! Я свое взял… пошли, пока еще кто-нибудь не появился!
– Ага, ты-то свое взял, а мне? Я тоже что-нибудь взять хочу…
Парень ее уже не слушал, он шел к своему «Опелю», разглядывая трофеи.
Девица задержалась, наклонилась над Галиной и вытащила из ее ушей сережки.
– Тебе уже не нужно, – пробормотала она напоследок. – А мне они пригодятся…
Галина почувствовала запах дешевых духов, пудры и пота и чуть не задохнулась от отвращения.
– Не смотри! – взвизгнула девица и поспешно бросилась вслед за своим кавалером.
Кошмарная парочка уехала.
Галина хотела заплакать – но даже на это у нее не было сил.
На дороге появилась еще одна машина – но теперь она уже не знала, стоит ли пытаться ее останавливать, не будет ли от этого только хуже…
Хотя, казалось бы, куда уж хуже!
Нет, нужно пытаться кого-то остановить, позвать на помощь… но тело по-прежнему не слушалось ее, ей было не поднять ни руку, ни ногу.
Одна за другой шли бесконечные, мучительные минуты. Машины по шоссе проезжали редко, но все же время от времени Галина слышала звук приближающегося мотора и пыталась привлечь к себе внимание – но безуспешно, так что ей оставалось только провожать проезжающие машины глазами…
Наконец тело понемногу начало ее слушаться.