Автор
Врахованный мир при тихом шепоте и скрытых гадежах. Герцог Дарем умирает, и его дом становится местом для тайных разговоров. Слуги готовят все к последней встрече хозяина, молча следуя приказам старого властелина. Нотариус уже приготовлен для письменного долга по завещанию. Всем hurry-мейн образом отправляются уведомления сыновьям герцога — одному к полку в Дувр, другому в Лондон....
Не в первый раз Эдвард задумался о том, как поступит Франческа, если все пойдет не совсем так, как она планировала. Ошибки быть не могло — скорее всего, миссис Хейвуд была очень привязана к девочке, возможно, так же сильно, как и Франческа.
Он начал подозревать это, когда увидел Персеваля Уоттса с детьми. Уоттс, судя по всему, только что вернулся с рынка с большой корзиной, полной продуктов. Свободной рукой он прижимал к себе крепкого светловолосого мальчугана, которому на вид было года полтора.
Но затем миссис Хейвуд вышла из гостиной. Эдвард видел ее лицо, потемневшее от горя, и тогда то, что до сих пор было не больше, чем догадкой, превратилось в уверенность.
— Полагаю, вы здесь, чтобы помочь ей украсть Джорджиану? — Персеваль внезапно повернулся к Эдварду и посмотрел на него взглядом, полным ненависти и презрения.
— Она, — сквозь всхлипы проговорила его сестра, — она предложила мне две тысячи фунтов, Перси.
Лицо ее покрывали красные пятна.
Уоттс скривил губы.
— О, чудно! Она хочет купить ребенка?
— Она желает поступить по справедливости, — сказал Эдвард.
— По справедливости? Справедливо ли, что она врывается в чужой дом, словно она тут хозяйка, и швыряет деньги нам, беднякам, в расчете на то, что мы будем ей благодарны за снисхождение?
Эдвард приподнял бровь.
