Автор
Леди Франческа борется за опеку над племянницей, но лучший адвокат Лондона уже нанят герцогом. В отчаянии она решает отстоять справедливость собственными силами, не подозревая, что встреча с загадочным герцогом перевернет всю её жизнь и научит верить в волшебство настоящей любви.
Какой смысл дразнить миссис Дженкинс, грозя купить Джорджиане попугая для забавы, если она даже не может ее навестить?.. И без солиситора, даже узнав о том, где живет Джорджиана, Франческа мало что могла изменить, потому что ничто не могло помешать Эллен уехать еще куда-нибудь, где ее никогда не могли найти.
Надо подождать, пока лорд Эдвард не внесет свои предложения. Он выглядел таким уверенным, когда вложил список в ее руку…
В ту ночь она старалась не думать о Джорджиане. Возможно, Олконбери был прав: ей и вправду грозила беда. Она изведет себя напрасными хлопотами по поиску адвокатов, завещаний и прочего. Надо признать, что не все в нашей власти. Если она доведет себя до нервного срыва, то делу это никак не поможет. И потому она пошла с друзьями в театр, смеялась и болтала о пустяках, забывшись в притворном веселье. Олконбери заходил в их ложу между актами, приносил с собой шампанское и сиял улыбкой.
— Какое облегчение видеть, что вы снова наслаждаетесь жизнью! — Он поднес ее руку к губам. — Я боялся, что на днях позволил себе лишнего и лишился вашей дружбы.
— Вы действительно слишком много себе позволили, но, к счастью для вас, я умею прощать. — Конечно, простить его было гораздо легче, когда лорд Эдвард поддержал ее и внушил уверенность в достижимости цели. В то время как Олконбери пытался у нее эту уверенность отнять.
— И это одна из черт, которые я в вас обожаю. — Олконбери многозначительно усмехнулся. — Вообще-то я столько всего в вас обожаю, что у меня от груза обожания подкашиваются ноги…
— Вы очень меня разозлили на днях, и мы оба это понимаем, — с улыбкой сказала Франческа. — Истинный джентльмен не стал бы упоминать об обстоятельствах нашего разговора и довольствовался бы тем, что дама вняла его совету выбираться из дома по вечерам.
— Ну что же, я всегда вел себя с вами как истинный джентльмен, не так ли? — Олконбери наклонился ближе. — Даже когда мне совсем этого не хотелось.
Франческа встретила его взгляд.
— Не говорите глупостей, — сказала она, по-прежнему улыбаясь, но в тоне ее было больше от серьезного предупреждения, чем от кокетства. — Ах вы, негодник!
— Нет, — Олконбери вскинул руку, — я больше не буду. Обещаю не валять дурака. Я понимаю, что вам не до меня и моих шуток, когда все ваши мысли заняты Джорджианой. Я лишь хочу, чтобы вы знали… знали, что я уважаю ваши желания и всегда готов оказать вам поддержку во всем… в чем угодно… в чем бы вы ни нуждались.
Франческа взирала на него с удивлением.
