"
"– Товарищ майор, свои, не стреляйте! – От дома напротив ковылял человек, зажимая кровоточащее плечо. – Это я, старший сержант Казанцев. Сержант Паруба убит, меня тоже подстрелили.
– Спим, товарищи милиционеры! – прорычал Шелест. – Бегать можешь, Казанцев?
– Кажется, могу.
– Пулей к Кисляру! Или кто там еще – Губин, Есаулов. Срочно подкрепление сюда! Преступники захватили оперативника контрразведки, уводят в лес. Беги, Казанцев!
Оперативники преследовали бандитов до самой опушки. Местность там была не простая – рытвины, клочки кустарника.
Луна раздвинула облачка и решила осветить эти места. Пустырь со свалкой соседствовал с лесом. Туда и прорывался противник. Бандеровцы тащили с собой Настю, поэтому не могли двигаться быстро, маневрировать.
– Только бы не пристрелили! – прошептал Шелест. – Лишь бы выжила!
Боевики прорывались к тропе, поднимались по одному, делали перебежки. Настю тащили двое. Оперативники не стреляли по ним, ждали, скрипя зубами.
– Леха, давай опять во фланг, – сдавленно пробормотал Шелест.
– Там тропа, они пойдут по ней. Нам надо бы перерезать ее.
О наличии тропы он прекрасно помнил. Во второй вечер выдалась свободная минутка, майор совершил прогулку по окрестностям, осмотрел их. Тропу топтали явно не дорожные рабочие, она отчетливо простреливала через лес. Размышлять о ее происхождении Станиславу как-то не хотелось.
Теперь он проявлял военную хитрость, катался по канаве, бил из автомата, потом из «ТТ», создавал видимость присутствия двух человек.
Гальперин отползал, терялся из вида. Если он обогнет свалку и быстро проникнет в лес, то появится шанс перерезать тропу.
Шелест подбирался к опушке, стрелял по ней. Вражеские тени пропадали в зарослях. Отход снова кто-то прикрывал, лежал за кустом и постреливал из укороченного «маузера». Майор вычислил его по вспышкам, затаил дыхание, прицелился. Злость подальше, в пятки, чтобы не мешала.
Грянул выстрел, охнул пораженный противник. Стас прыжками помчался к опушке, меняя магазин.
Автомат раскалился как свежеиспеченный пирожок. Майору пришлось тащить его за ремень.
Вот и мертвое тело. Бандеровец лежал, разведя ноги, уткнувшись носом в траву. Шелест не сдержался, злобно пнул его по голове.
Тропа была видна, но он вломился в лес немного левее, рухнул за дерево и правильно сделал. Град свинца ударил из темноты.
Сколько их осталось? Не больше пяти, да и среди тех должны быть раненые.
Станислав вытянул шею, услышал треск сучьев, кряхтение.
