Милиционер из Львова, командир роты НКВД по охране тыла действующей армии, главарь партизанской банды. На что он рассчитывал здесь, на западе Украины, где народ хронически не выносит большевиков? Чьей поддержкой собирался заручиться?
Давний обидчик Горбацевича лежал на пригорке, откинув голову, оскалился, глаза распахнуты до неприличия. В животе чернела дыра размером с хороший кулак.
Назар наслаждался этой вот дивной картиной. Нет зрелища краше, чем труп заклятого врага.
Николай Федорович сильно постарел, заметно осунулся.
Не способствует омоложению бесперспективная борьба за идеалы марксизма-ленинизма. Да и хрен с ним. Собаке собачья смерть, как говорят большевики, приканчивая своего очередного преданного сторонника.
Подошел Младко, заместитель по боевой части. Ему тоже основательно досталось, весь в золе, щека обгорела, из уха шла кровь, которую он вытирал скомканным бинтом.
– Жить будешь? – спросил Горбацевич.
– Пока буду, – ответил заместитель. – Чуть больше сотни рыл уделали, пан командир.
Пленных по вашему приказу не брали. Наших пятнадцать погибло. Четверо легкораненых, у одного нога сломана. Трое тяжелых. Думаю, нет смысла тащить их через лес.
– Не тащи, – сказал Горбацевич и пожал плечами. – Хлопцы выполнили свой долг, вечная им память. Многовато наших полегло, Макар. Я рассчитывал, что потерь будет меньше.
– Да и я на это надеялся, – проговорил Младко. – Зато великое дело сделали. Плюс тот полковник из Москвы, которого мы еще по дороге сюда взяли. Это редкая, знатная добыча, Назар Иванович.
У него должна быть информация по всем краснопузым, окопавшимся в нашем районе. Отнекиваться будет, в героя поиграет, но расскажет, никуда не денется. И не такие раскалывались. А ведь толковым оказался тот человечек, которого покойный сотник Жулеба внедрил в эту красную банду. Прекрасно сработал. Без него у нас тут ничего не вышло бы. Полегли бы мы все до единого.
Глава 6
16 августа 1944 года на станцию Ковель прибыл воинский эшелон с прицепными пассажирскими вагонами.
Паровоз стоял под парами, жег уголь на холостом ходу. Состав следовал на запад, в Любомль, куда откатилась линия фронта. Рабочие стучали молотками, проверяя колеса. Стоянка была недолгой.
Из теплушек на перрон высыпали солдаты, над их головами тут же завис табачный дым. Играла гармошка, шумели люди. Бегали железнодорожники в форме. Начальник станции ругался с мастером. Его рабочие слишком долго ремонтировали переезд на восточном кордоне.
