Мы сменили еще два каравана, прежде чем прибыли в Каров, находящийся в трех днях пути от Бравеля. Можно было бы добраться до этого города более прямым маршрутом, но мне была важна не быстрота передвижения. Наверное, пересмотрела шпионских боевиков в свое время. Однако по мере того, как мы отдалялись все дальше, моя тревога утихала, а интуиция твердила, что я все делаю верно.
В Карове мы задержались дольше, чем в других городах — нам нужна была передышка. К тому же, я решила смыть с себя опостылевшую маску и вернуть Лее ее девчачий статус. Отсюда мы отправимся в Бравель, в город, где я собиралась осесть. И в караване вполне могли встретиться люди, с которыми и в городе придется сталкиваться. И чтобы не шокировать их нашим перевоплощением потом, лучше вернуть себе наши «шкурки» уже сейчас.
Постоялый двор или, как здесь говорят, трактир с номерами, в котором мы остановились по рекомендации попутчика, был небольшим и уютным.
— Госпожа Кульезе, — обратилась я к хозяйке, которая вышла оглядеть полупустой зал — время завтрака уже прошло, а обед еще нескоро, — не могли бы вы помочь советом?
Моложавая женщина чуть за сорок в белоснежном чепце странного покроя, не скрывавшем шею и высокий лоб женщины, окинула меня взглядом и вежливо улыбнулась:
— Чем я могу вам помочь?
— Я хочу купить готовое платье.
Вся одежда в городах шилась на заказ или покупалась в виде заготовки в ателье, где нужно было ждать несколько дней, чтобы ее дошили по фигуре. У меня не было столько денег, чтобы купить новое платье, и ждать, пока его пошьют, тоже возможности не было. Нужно скорее добираться до места и искать возможность заработать. Я неуверенно себя чувствовала, глядя, как утекают сбережения. Но переодеться все же было нужно. Деревенское платье поистрепалось за две недели пути, и я походила на нищенку, и такой разве что подаяние могут дать, но не взять на работу. Да и кажется мне, что прикупить одежду здесь будет дешевле, чем в столице провинции.
Живот у меня рос медленно, но я остро ощущала жизнь, которая во мне росла, наполняла счастьем и ответственностью. Хотелось что-то делать, чтобы обрести почву под ногами.
— Готовое... — задумчиво протянула женщина. — Разве что...
— Госпожа Кульезе! — внезапно прибежала из подсобных помещений бледная и испуганная служанка. — Там. там. Я не хоте-е-ела-а-а. — и разрыдалась.
Хозяйка поняла, что разговаривать с плачущей девицей бесполезно, и направилась вглубь помещений, таща девушку за собой. А я с любопытством шла следом.
