Именно ради этих аксессуаров нам пришлось побывать во множестве магазинчиков, которые зачастую располагались совсем неблизко друг от друга. Например, печатки из лучшей выделанной кожи продавались в трех кварталах от лавки с чулками, которые привозили из далекой Цхины и которые были модными в этом сезоне. И так со всем! Я даже задумалась, не создать ли здесь нечто наподобие модного дома или торгового центра. Идея казалась очень заманчивой, и я начала расспрашивать торговцев о нюансах их работы, но графиня, которая матушкой-наседкой сопровождала меня в этих походах, моей заинтересованности не поняла и даже осудила, и мне пришлось свернуть свою деятельность, но я оставила зарубку в памяти заняться этим, когда моя жизнь войдет в колею.
Пожалуй, я бы не поняла необходимости реализации этой идеи так остро, если бы не моя беременность. Я дохаживала последние недели, и все эти передвижения давались мне тяжело: ноги гудели, поясницу ломило, к тому же уставала я в разы быстрее, и мне постоянно хотело присесть и положить под спину подушку. И это не считая того, что аппетит просыпался каждый раз, когда мы проезжали мимо какого-нибудь трактира или лавки, из которых доносились вкусные ароматы. Разумеется, останавливались мы не везде, и это добавляло мне дискомфорта.
Но все эти метания по городу сопровождались еще и решением гораздо более важных для меня вопросов.
Этьен настоял на том, чтобы я через церковь оформила официальное опекунство над Леей. Теперь я не обычная горожанка, нахожусь у всех на виду и должна озаботиться официальным статусом девочки, если и дальше хочу быть ее приемной матерью.
— Этьен, но ведь у меня на руке ненастоящий браслет. Что на это скажет священнослужитель?
— Ани, теперь тебе не нужно скрываться. Твоя личность раскрыта, подробности того, как ты потеряла браслет, известны. Храмовники поймут, почему на твоем запястье теперь другой браслет. Разумеется, они настоят на том, чтобы в ближайшее время эта проблема была решена, но это уже другой вопрос.
— А Лея... Ты ведь...
— Ани, давай поговорим об этом позже. Сейчас нужно решить самые горящие вопросы.
Конечно, я согласилась, к тому же подобная забота Этьена о нашем официальном статусе радовала и внушала некое спокойствие по этому вопросу.
В храме с нами провели обряд единения матери и дитя: священнослужитель прочитал над нашими головами молитву и окропил слезами Пресветлого[1]. Никакой магии не использовалось. Потом служка оформил официальный документ о том, что я опекун Леи.
