Вот чего, спрашивается, приперлись?! Раньше только издалека заглядывались да, пока Тарак не стал встречать после работы, пытались на глаза попасться, а сейчас смотрят так, будто им все в отношении меня позволили и даже благословили. Сразу видно, что им в голову стукнуло!
А женщины им и слова не говорили и даже не одергивали! Только самая пожилая старушка артели посматривала на меня с жалостью и, тряся головой, вздыхала и повторяла себе под нос: — Ай-яй-ая, ай-яй-яй.
Я честно пыталась доработать это день до конца. Но не выдержала. И когда эти двое отошли по каким-то своим надобностям, стала собираться.
— Эх вы! — Не выдержала я перед самым уходом. — Пока вы сами не научитесь уважать себя и все наше женское племя в целом, так и будете бояться любить, рожать и просто жить! Все это по-тихому делать будете! И любить чужих мужчин, и рожать не от мужа, и жить, боясь сделать глоток свободы и поступить так, как хочется вам, а не тем, кто вас окружает! Вот и сидите тут, осуждайте других и радуйтесь, что у вас получилось все провернуть так, что за то же самое вас ваши же соседи не осудили!
И пошла прочь, изо всех сил сдерживая подступившие к глазам слезы. А вслед мне понеслась ругань. И «срамница» из всех этих высказываний было самым безобидным.
Как добралась до дома, помнила смутно. Ноги сами принесли. Села на лавочку и откинула голову, уперлась затылком в бревно дома. Рядом кудахтали куры, шелестел ветер в кронах деревьев, но все это уже не дарило успокоения. Неприятные мысли так и роились в голове. Я, конечно, понимала, что будет непросто, но чтобы так...
Внезапно рядом на лавочку присела Лея.
— Мамочка, ты сегодня немного раньше.
Я открыла глаза, посмотрела на свое рыжее солнышко и улыбнулась:
— Да, так вышло, — погладила девочку по голове и по привычке попеняла: — Ты сегодня опять без косынки. Смотри, солнышко голову напечет.
— Ты же говорила, что я сама солнышко, а на небе мой большой брат светит. Разве брат обидит свою сестренку? — лукаво улыбнулась она.
А я вспомнила, как однажды вечером она пряталась в кроне персикового дерева от меня и от обязательного купания.
— А ну вылезай! — позвала я ее тогда. — Вылезай! Я тебя вижу!
— Как ты меня нашла? — возмутилась она.
— Я свое рыжее солнышко где хочешь найду! — рассмеялась я.
— Я солнышко? Точно-точно?
— А как же оно! — указала она пальцем на заходящий круг местного светила.
— Оно твой старший брат! — а потом рассмеялась, вспомнив аналогию из своего мира.
