В черном дыму над лесом чувствовалась угроза, будто призрак тьмы нарушал мир. Кровь прыгнула в жилах, понимание доносилось отчаянно — эти костры не просто были обычными торговыми огнями, а маскировкой. Скрежет зубов и холодная дрожь по спине говорили, что торговцы готовятся к большому делу, которое могло угрожать всем....
Похоже, «Воронцов. Перезагрузка. Книга 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Авторитетный человек, служивый. Чем не сват?"
"— Это верно, — кивнул Захар. — Только нужно ещё кое-что прикупить для церемонии. Не с пустыми же руками идти.
— А что именно?
— Ну, во-первых, хлеб-соль обязательно нужны, — принялся перечислять Захар. — Каравай добрый. Потом платок шёлковый для невесты — это вам самому выбрать надобно. Ещё штоф хорошей водки, да не один — это уж я возьму на себя. И гостинцы какие-нибудь сладкие — пряники, может, или конфеты заморские.
Я достал кошель и отсчитал несколько монет:
— Вот, бери.
Захар взял деньги, кивнул:
— Сделаю, барин. Всё будет как полагается.
И пошёл по своим делам, а я отправился искать Фому. Нашёл его в общей зале постоялого двора — тот сидел за столом, потягивая квас и листая какие-то бумаги.
— А, Егор Андреич! — приветствовал он меня. — Присаживайтесь. Как день прошёл?
— Хорошо, — кивнул я, садясь напротив. — Фома, разговор у меня к тебе есть. Серьёзный.
Фома сразу подобрался, отложил бумаги:
— Слушаю внимательно.
— Вот что, — начал я без обиняков, — решил я Машку сватать. Официально, по всем правилам.
Фома охнул, потом присвистнул:
— Вот так новость! А что, время пришло, я так понимаю?
— Давно пришло, — кивнул я. — Сам знаешь, мы с Машкой уже давно вместе. Пора и честь знать — свадьбу сыграть как положено.
Фома потеребил бороду, явно размышляя:
— Что ж, я конечно согласен. Лучшего для дочери своей и пожелать не могу. Дело почётное. Но вот как оно дальше-то будет?
— В каком смысле?
— Барин, а если ваш батюшка против? — напрямик спросил Фома.
Я нахмурился:
— То моя забота, Фома. Сговорюсь как-нибудь с батюшкой. Главное, чтобы твоё согласие было, как отца.
Фома задумчиво покачал головой:
— Согласие-то моё есть, конечно. Для Машки лучшей судьбы и не придумаешь. Но…
— Что ещё?
— Нужно тогда всё обдумать, как правильно сделать, — Фома понизил голос, хотя в зале никого, кроме нас, и не было.
Я задумался. Предложение было разумным — обеспечить Машку своей долей в деле, чтобы она не зависела целиком от моей милости. И детям нашим это было бы подспорьем.
— Обдумаю, как всё сделать правильно, — наконец сказал я.
