Алексей, стремящийся к успеху в бизнесе, сталкивается с давлением и конфликтом с Игорем Семёновичем. Его амбиции и финансовые расчеты приводят к напряженным переговорам и резкому разрыву отношений. Начинается борьба за власть и реальность между персонажами.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Воронцов. Перезагрузка» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Алексей, стремящийся к успеху в бизнесе, сталкивается с давлением и конфликтом с Игорем Семёновичем. Его амбиции и финансовые расчеты приводят к напряженным переговорам и резкому разрыву отношений. Начинается борьба за власть и реальность между персонажами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ник Тарасов Легкое чтение Любовные романы Самиздат подборки серии
Алексей, стремящийся к успеху в бизнесе, сталкивается с давлением и конфликтом с Игорем Семёновичем. Его амбиции и финансовые расчеты приводят к напряженным переговорам и резкому разрыву отношений. Начинается борьба за власть и реальность между персонажами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Воронцов. Перезагрузка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Здесь — кривая изба, в которой, судя по всему, не ступала нога человека последние лет десять.
— Ну что, Митяй? — вздохнул я, оборачиваясь к вознице. — Давай, пошли, будем смотреть, где нам ночевать. Надеюсь, хоть крыша не рухнет на голову в первую же ночь.
Митяй, впервые за весь день, посмотрел на меня с неподдельным сочувствием:
— Эх, барин… Видать, крепко вы батюшке насолили, раз он вас в такую дыру сослал. Мужички в деревнях работящие, помогут избу подправить. За денежку-то любой возьмётся!
«За какую денежку, — мысленно простонал я. — У меня всего-то пара монет в кармане, которые мне Агафья сунула на дорожку».
Однако вслух я произнёс уверенно, как подобает барину:
— Обживёмся. Не в таких передрягах бывали.
С этими словами, я медленно, но уверенно зашагал к покосившейся двери своего нового дома, изо всех сил стараясь не думать о том, что ждёт меня внутри.
Двери дома, доставшегося мне от бабушки, скрипнули так, словно жаловались на непрошеных гостей. Даже представить нельзя было что от единственной деревянной петли будет столько скрипа.
Я вошёл первым, за мной несмело переступил порог Митяй. Через щели в заколоченных ставнях, рисуя золотистые полоски на полу, пробивались лучи солнца, в которых танцевали в броуновском движении тысячи пылинок, поднятых нашими шагами и сквозняком от открытых дверей.
— Вот, стало быть, и дом, — сказал я больше себе, чем Митяю, который переминался с ноги на ногу у входа, явно не решаясь пройти дальше без приглашения.
Запах затхлости и сырости ударил в нос так, что я невольно поморщился. Дышать было тяжело — воздух словно загустел от времени и забвения. Дом был в плачевном состоянии — годы запустения сделали своё дело. Пыль лежала толстым слоем на всех поверхностях, паутина свисала с потолка, словно траурные гирлянды, а в углах виднелся мышиный помет. Но под всем этим запустением угадывалась добротная постройка — в общем то, еще крепкие стены, крыша, хоть и прохудилась, но была, что радовало.
Я прошёлся по просторной гостиной, проводя пальцем по поверхности ближайшего комода. На нём остался толстый слой пыли, которая прилипла к коже, образовав серый налёт.
— Давно же здесь никто не жил. Видать, бабуля не частый гость сюда была, — сделал я вывод, пытаясь открыть одну из ставен. Она с трудом, но поддалась, и с протяжным скрипом наконец отворилась. Комнату залил свет заходящего солнца, открывая взору всё великолепие моего наследства.
Передо мной предстала большая комната с обеденным столом посередине. Несколько стульев с поломанными спинками стояли неровным полукругом, будто их кто-то в спешке отодвинул от стола и так и оставил. У стены массивный буфет с треснувшими дверцами, одна из которых была просто вставлена, без петель, готовая отвалиться при первом же прикосновении.
