Алексей, стремящийся к успеху в бизнесе, сталкивается с давлением и конфликтом с Игорем Семёновичем. Его амбиции и финансовые расчеты приводят к напряженным переговорам и резкому разрыву отношений. Начинается борьба за власть и реальность между персонажами.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Воронцов. Перезагрузка» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Алексей, стремящийся к успеху в бизнесе, сталкивается с давлением и конфликтом с Игорем Семёновичем. Его амбиции и финансовые расчеты приводят к напряженным переговорам и резкому разрыву отношений. Начинается борьба за власть и реальность между персонажами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ник Тарасов Легкое чтение Любовные романы Самиздат подборки серии
Алексей, стремящийся к успеху в бизнесе, сталкивается с давлением и конфликтом с Игорем Семёновичем. Его амбиции и финансовые расчеты приводят к напряженным переговорам и резкому разрыву отношений. Начинается борьба за власть и реальность между персонажами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Воронцов. Перезагрузка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
На стенах висели потускневшие портреты незнакомых мне людей — вероятно, предыдущие владельцы — предки, моего нового тела. Мужчины с окладистыми бородами и суровыми взглядами, женщины в тяжёлых платьях с высокими воротниками. Все смотрели на меня неодобрительно, словно говоря: «И это тебе мы должны доверить наше наследие?»
Выцветшие гобелены уныло свисали по углам, на одном ещё можно было различить сцену охоты, на другом — какой-то библейский сюжет, не то Давид с Голиафом, не то что-то еще. Половицы под ногами скрипели, а кое-где и прогибались, угрожающе потрескивая.
— Да, могло быть и хуже, — со вздохом сказал я, окидывая комнату взглядом. — По крайней мере, не всё разграблено.
Я поёжился. Прекрасное наследство — дом-развалюха и репутация кровожадных тиранов. Но к делу — надо было как-то обустраиваться, ночевать на улице не хотелось.
Удивительно, но в этой убогости я почувствовал некую странную надежду. Да, дом был запущен, но не безнадёжно, и если приложить определённые усилия, можно в него вдохнуть новую жизнь. А знания из будущего… что ж, они должны дать мне некие преимущества. Правда, не помню, чтобы на курсах выживания нас учили, как реставрировать помещичьи усадьбы XIX века, но что-то подсказывало, что самые базовые вещи вроде дезинфекции и гигиены уже будут неплохим стартом.
— Митяй, — я повернулся к парню, который всё ещё стоял у порога, рассматривая портреты, — найди-ка, чем можно убраться, ветошь там, вёдра.
Он растерянно заморгал, явно не ожидая такого вопроса от барина. В его мире, видимо, дворяне не снисходили до обсуждения уборки, тем более до прямого в ней участия, и, не скрывая удивления, пробормотал:
— Барин сам убираться будет?
— А ты думал, я буду сидеть в пыли и ждать, пока кто-то это сделает за меня? — усмехнулся я. — Давай, давай, впрягайся, и воды нужно принести, много воды.
Митяй прошвырнулся по углам и в сенях, заглядывая в каждый закуток, словно охотничий пёс, идущий по следу. Минут через пять его голова показалась в дверном проёме, а глаза светились азартом находки.
— Нашёл, барин! — воскликнул он с гордостью кладоискателя. — Вот, глядите!
В руках он держал деревянное корыто, потемневшее от времени и воды, с небольшой трещиной сбоку, но всё ещё вполне пригодное для дела. За его спиной в сенях я заметил ещё несколько таких же деревянных вёдер, сложенных одно в другое, словно матрёшки.
— Отлично, — кивнул я, засучивая рукава дорогой рубашки.
Тонкая ткань не предназначалась для подобных работ, но выбора не было. Странно было осознавать, что эти руки, привыкшие к клавиатуре и сенсорным экранам, сейчас будут отмывать вековую грязь. Впрочем, за последний день моя жизнь настолько перевернулась, что уборка старого дома казалась наименьшей из странностей.
