Внутренняя жизнь молодой женщины нарушается чужестранцем в черных очках и костюме из тонкого кожзама. От первого взгляда становится ясно: его интересы связаны не с дружбой, а с эксплуатацией и мстительностью. Я стону и выгибаюсь под удушающей чужой лаской, отчаянно пытаясь защитить свое тело, но при этом жажду любопытства и понимания этого неумолимого нежителя....
— Серьезно? Это все игра для вас?! Вы, блядь, издеваетесь?! Считаете, люди это пешки на вашей доске?!
— Остынь! — резко осадил меня Герман. — Не только тебе есть кого защищать. Так что да, я считаю себя вправе проверять людей, которые будут вхожи в мой дом, так, как захочу.
Я мрачно посмотрел на него, не веря ни единому слову. Кого, нахер, защищать? Мороз не раз бахвалился, что у него нет семьи. Так о чем речь?
— Когда-то я ошибся. Доверился не тому человеку, и в результате моя семья погибла, — продолжил он, видя мою реакцию.
— У вас есть кто-то?..
— Есть.
— То есть вчера это было… — начал было я.
— Да, это была проверка.
— Какая же ты тварь! — едва не зарычал я.
— Мне похер, кем ты меня считаешь. Я защищаю свое. И ты должен понимать, что это значит.
Возразить тут было нечего. Да и для выводов было слишком мало информации…
— И сколько еще проверок мне предстоит? — криво ухмыльнулся я.
— Нисколько. Ты доказал свою порядочность. Как и твоя жена.
При упоминании Алисы у меня перед глазами все покраснело. Ведь это получается, что на записи был не только наш разговор, а еще и…
— Записей не осталось, — упреждающе произнес Герман. — И если тебе будет от этого спокойнее, то никто, кроме меня, их не слышал.
— Что так? Не доверяешь своей охране?
— Я никому не доверяю. Никому и никогда.
Смириться и принять, что это мудак попросту поиграл мной и Алисой было непросто.
— Отлично. Тогда нахер я тут?
— Эмоции пройдут, и ты поймешь мои мотивы. Особенно через некоторое время. Но ты прав — поговорим о делах. Империум.
— Что с ним? — устало спросил я, пытаясь переключиться с одной темы на другую и успокоить эмоции, которые рвались наружу. Хотелось как следует начистить рожу этому ублюдку.
— Я хочу чтобы ты встал у руля организации.
И это был полный пиздец… Теперь отойти в сторону было еще сложнее…
— Чего? — опешил я.
— Владлен не против и поддержит твою кандидатуру.
— Но я новый человек, да и слишком..
— Ты молод, амбициозен и с военным прошлым.
— А еще — человек со стороны! Сейчас, когда Мансурова подстрелили, это очень глупая идея. — Снисходительная ухмылка Германа натолкнула меня на одну мысль… — Его не подстрелили, да?
— Почему же. Подстрелили. Но с его разрешения.
— То есть это очередная партия?
— Именно. И поверь, от этого все только выиграют.
