Он возвышался над толпой, как каланча над убогими деревянными хибарами. Его руки работали с силой молота, падающего на наковальню, и всякий раз опрокидывали на пол новую жертву. Нож ему был не нужен — кулаки действовали как снаряд, выпущенный из дальнобойной пушки. И в то же время он выполнял работу ледокола, за которым шел караван — «пехота» и подпаханники, вооруженные ножами и заточками.
Ссученных воров было раза в два больше, их поддерживали молодость, сытый грев, добрая хозяйская пайка и покровительство администрации. На стороне «автоматчиков» было бесстрашие, помноженное на боевой опыт.
Трюм наполнился криками, свирепой бранью. «Автоматчики», презрев численное преимущество противника, рассекли толпу ссученных и зажали их по углам. Наследники славного генералиссимуса Суворова, они помнили его незабываемую заповедь — «не числом, а умением!» — и сошлись врукопашную, чтобы доказать силу русского штыка.
Многие ссученные падали на пол, даже не успев достать заточки, те же, кто оказывал сопротивление, умирали первыми. Большинство отступило, но лишь для того, чтобы в следующую минуту с силой девятого вала обрушиться на «автоматчиков».
— Назад! — остановил дерущихся пронзительный крик.
Это успел очухаться от глубокого нокаута Рябой. Мгновенно он осознал, что еще одна такая схватка и его кодла уполовинится. А ведь до конечного пункта ой как далеко, еще не пройдено и даже сотни километров. Если так пойдет дальше, то на встречу с Муллой он явится только в сопровождении пары подпаханников. Несложно представить, какой состоится между ними диалог.
— Назад! Кому сказал! — орал Рябой.
Суки, повинуясь командному окрику, застыли, а потом неохотно попятились. На полу, в лужах крови, лежало около десятка убитых. «Автоматчики» тоже не двигались — их было слишком мало, чтобы закрепить победу.
— Если надумаете еще раз вякнуть что-нибудь подобное, перережем всех, как баранов, — строго предупредил Кощей и слегка повел огромными руками, больше напоминающими крылья. Он был готов к большой рубке.
Рябой науку запомнил крепко и старался больше «автоматчиков» не задевать. Те тоже не доверяли ссученным и на ночь выставляли караул, который нес вахту так же исправно, как если бы в ста метрах проходила линия фронта.
По тюремному «телеграфу» была пущена информация о том, что «сахалинский» десант на пароме понес значительные потери, но все-таки спешит на континент, чтобы установить сучью власть по всему Приморью. В малявах воры призывали зэков не пасовать и требовали устроить сукам кровавую баню.
Перегруженный паром пересекал Татарский пролив, направляясь к порту Ванино, где ссученным уже готовилась надлежащая встреча.
Ванинская пересылка славилась на всю страну и занимала огромную территорию.