Он попытался ее догнать, но Оля оттолкнула его, сказала что-то нелестное и ушла, а этот идиот вернулся ко мне и снова стал орать что-то угрожающее – вымещал на мне всю свою злость. Я смотрела на него с недоумением, думая, что меня стошнит, если на меня попадет слюна, которой он брызгал, пока орал. А когда он сделал передышку, вытащила из сумочки кошелек, достала пятитысячную купюру и небрежно затолкала ее в нагрудный карман его испорченной рубашки. Купюра выпала и упала прямо на его ботинки.
Он сам захотел по-плохому. Я не виновата.
– Сдачи не надо. Купи на нее успокоительное. Валерьянка недорого стоит, – сказала я громко и неожиданно высокомерно.
В это мгновение замолчала музыка, и мою фразу услышали многие. На нас обернулось множество людей, и многим мои слова показались очень забавными. Отовсюду стал раздаваться смех. Правда, этот самый Алексей не нашел в этом ничего смешного и взбесился еще сильнее. Его глаза стали наливаться алым.
Когда злился Олег, мне было смешно, и я почему-то точно знала, что он ничего не сделает мне, а потому никогда не чувствовала себя рядом с ним в опасности. Однако от Алексея, чья грудь была украшена грязно-голубым пятном, исходила такая агрессия, что мне стало не по себе.
– Ах ты стерва! – почти нежно произнес он, шагая ко мне. Я попятилась назад и уперлась бедром в перила. – Я тебя сейчас проучу.
С этими словами он медленно, словно в фильме, занес руку, явно собираясь ударить меня. А я смотрела на него будто загипнотизированная и не двигалась. Никто и никогда не бил меня, даже родители в детстве, и я стояла и смотрела на него, не веря в то, что он сделает это, что он ударит меня.
Я ожидала самого худшего, но в следующее мгновение Алексей осел на пол. Упал, будто бы решил полежать у меня в ногах. А на его месте стоял Олег. Для того чтобы уложить Алексея, ему понадобилось всего лишь одно короткое точное движение. Как у Владыко это вышло, никто не понял – ни я, ни зеваки, стоявшие рядом.
Я смотрела на Олега так, словно видела впервые. Широко расправленные плечи, уверенное выражение лица и совершенно сумасшедшие глаза – настоящее пламя. Жаркое, обжигающее, заставившее сердце биться сильнее. Пульс зашкаливал не из-за страха, а из-за этого странного пронзительного взгляда. Я была буквально заворожена им.
– В порядке? – коротко спросил Олег.
Я не слышала его голоса из-за музыки, но прочитала вопрос по губам и кивнула. Он взял меня за руку, чтобы увести, но Алексей снова активизировался. Со звериным рыком он набросился на Олега сзади, поверх рук, заставив его отпустить мои горячие пальцы. Наверное, милый и глупенький мальчик Алешенька считал, что сможет бросить Олега на пол в отместку. Однако у него ничего не вышло.