Трава увядала, деревья засыхали прямо на глазах. Если какой-то нерасторопный маг из наступавших не успевал поставить защиту, высасывало и его энергию. Всё вокруг мага стало его подпиткой. Я почему-то решил, что невозможно победить того, кому служит буквально всё, что есть.
На моих глазах он разверз землю под ногами одной особо многочисленной группы идущих в атаку, и они с жуткими криками провалились в открывшуюся бездну.
Вокруг же замка стояли щиты. До боли знакомые мне эфирные щиты, только сильнее. Я подумал, что сквозь такой не пролетела бы пуля Люберецкого факела. А над магами я разглядел множество линз, нивелирующих магию, направленную против замка. Тоже, как мои. Только тут их было не одна и не две, а десятки. Было и что-то ещё. Особенно в местах соприкосновения стоящего на вершине с различными стихиями. Словно он управлял ими через некие переходники.
Но моих знаний пока не хватало, чтобы понять, какие методики он использует.
И всё то, что я видел, исходило из одной точки в его организме. Она горела яркой звездой, не позволяя рассмотреть подробно. Я слышал такое выражение «горящее сердце», но считал его всего лишь красивой метафорой. Но в случае с этим супермагом оно было верно на все сто процентов. Только это было не сердце. Какой-то иной орган.
Вдруг на периферии магического зрения мне почудилось движение.
Я не просто увлёкся происходящим, я всем сердцем (да-да, горящим) переживал за стоящего на башне мага. Когда он подтягивал новую тучу с моря и обрушивал на противника, я готов был кричать от счастья. Мне хотелось встать с ним плечом к плечу.
Так вот, когда я даже не увидел, а, скорее, почувствовал некое движение со стороны моря, то побоялся, что великому воину заходят в тыл.
Велико же было моё удивление, когда, повернув голову, я никого не увидел.
Маг продолжал уничтожать армию, пришедшую его захватить. Прямо из земли вырвался огонь, а вслед за ним на людей потёк жидкий камень.
Снова движение на той стороне замка, что выходила к морю. И снова никого не видно. Я решил, что раз уж я смог во сне воспользоваться магическим зрением, то смогу посмотреть и сквозь эфирную линзу.
Стоило мне её поставить перед собой, как я увидел.
В окружении неприступных эфирных щитов по спрятанной в скалах лесенке к морю спускалась женщина. Я специально приблизил картинку и хорошо её видел. И эта женщина была не одна. В руках она сжимала свёрток, прижимая его к себе так, как только мать может прижимать родное дитя.