Помнишь?
По его лицу я видел, что он помнил. И не очень хотел, чтобы я припоминал это сейчас в присутствии Араны.
А вот та как раз подняла бровь и посмотрела на меня.
— Продолжай, Никита.
— Ты ещё скажи, как я её называл, — с внезапной злостью выплюнул вдруг Радгар.
— Тут всё предсказуемо, — ответил я, припоминая самые частые. — Кровожадная сука, тварь, восьмилапая звезда, паучий отсос…
— Остановись! Хватит! — замахал на меня руками отец. — Наверняка эти факты донесла её разведка, — он ткнул пальцем в Арану. — Иначе и быть не может!
— Пинкод на твоём телефоне — день рождения моей матери. До сих пор. А на экране разблокировки — её фото до моего рождения.
Никто из нас не заметил, как Рахна вошла в помещение.
— Радик, это правда? — ахнула она, услышав мои слова.
Но отец не ответил. Его взгляд был прикован ко мне и словно умолял меня молчать, но вместе с тем с не меньшей силой желал, чтобы я продолжал.
— Ты единственный знаешь, что несмотря на курсы, я никогда не учился езде верхом, потому что просто панически боялся лошадей, — этот факт должен был его дожать, потому что на такие вещи разведке наплевать.
— То есть пауки со всякими тварями ему норм, а лошадей он боится, — едва слышно, под нос себе пробубнил Магнус. — Ну-ну.
— Когда я разбил себе голову в пять, ты приложил мне марлю со сшивающими бактериями, в пятнадцать ты подарил мне велосипед, забыв, что мне нельзя на улицу. Когда мне было десять, ты напился и рассказал, что готовишь какое-то оружие против аэрахов, — я заметил, как напряглась Арана, — но потом заявил, что уничтожил все разработки, потому что любишь их и ничего не можешь с собой поделать. Продолжать?
— Молчи, молчи, молчи, — шептал всё это время Радгар, ничего не предпринимая, потому что хотел, чтобы я говорил. Слёзы срывались из уголков глаз, стекая по щекам, но он ничего не мог с собою сделать. Он поверил, пали последние преграды на пути нашего общения. Правда, я впервые видел, как отец плачет. — Сынок, ты вернулся! Я так рад!
— И я рад, отец, — ответил я, подходя и заключая его в сыновьи объятия. — Но давай мы потом обсудим все превратности судьбы. Сейчас у нас огромные проблемы, которые мы должны решить…
На Морране я задержался совсем недолго. Мы быстро обрисовали отцу ситуацию, и он пообещал оповестить всех, а также наладить эвакуацию таким образом, чтобы она проходила без паники, чётко и слаженно.
В честь такого его, конечно, выпустили из тюрьмы и вернули все необходимые полномочия.