— Но он не захотел расставаться со своими костылями, поэтому остался далёк от своего настоящего потенциала, — пожал плечами мастер, спускаясь обратно на пол террасы.
— Но магические каналы мне всё-таки потребуются? — поинтересовался я, пытаясь разглядеть каналы Ван Ли.
— Они нужны для циркуляции, — ответил тот, поднимаясь на ноги, но он положил мне руку на плечо, когда я хотел подняться вслед за ним. — Останься, — попросил он очень мягко. — Подумай обо всём том, что я сказал. Помедитируй. Проверь свои каналы, что с ними нужно сделать для должной циркуляции. Разреши себе быть магом, в конце концов.
Я отхлебнул ещё тёплого питья и остался думать и медитировать.
На ум мне сначала пришла дуга магии, что была у Вали и Вари одна на двоих, но затем мои мысли перенеслись к звезде Сан-Донато, которую я видел во сне, когда Антонио погибал. Или то был не сон?
Я прикоснулся рукой к груди и почувствовал, что эта звезда до сих пор горит внутри меня. И это был первый шаг к тому, чтобы я понял. Нет никаких ограничений для магии. Точнее, все эти условности в виде источников и дополнительных сердец — вот истинные ограничители. Но также я понял, и зачем они нужны. Это действительно костыли. Или лады на гитаре для тех, кто не ориентируется на слух.
Во мне же есть магия аэрахов, а на их паутине нет никаких коконов, в которых бы она хранилась. Она просто есть. Просто циркулирует. И довольна сильна, но узконаправлена.
— Подумай над этим, — говорил мне то ли настоящий Ван Ли, то ли уже вымышленный мною внутри медитации. — Помочь себе можешь только ты сам. Я лишь указываю тебе на один из вероятных путей. Но никто его не пройдёт, кроме тебя.
— Благодарю, — ответил я то ли вслух, то ли в сознании. — Я обязательно пройду свой путь до конца.
Я шёл среди звёзд, переступая с одной горы на другую. Мои шаги были огромны, а головой я едва не задевал острые грани ночных светил. Наконец, я остановился в долине, где миллионы лет назад упало нечто массивное. А, может быть, только упадёт через миллионы лет.
Ни времени, ни пространства не существовало в том мире, где я оказался. Судя по всему, не было холода или жара, так как я просто не задумывался об этом. Я просто был. Всё остальное неважно.
Я наслаждался одновременно и пустотой, и наполненностью мира вокруг меня, когда вдруг осознал, что уже не один. По правую руку стоял статный загорелый мужчина, которого я уже видел в своих снах. Антонио Сан-Донато, даровавший мне эфирную звезду.
