Духовный существ, приобретший физическую форму после долгих веков созерцания и чародейства, возвращается в мир живых. В Дхунде, своей древней родине, он воплощается в плоть и кровь, открывая невиданный для лессеров потенциал добра и зла. Этот новый омега несет с собой шокирующий артефакт, который мог бы изменить ход истории, но опасность этого заклинания не менее велика....
— Я знаю, что она делает с тобой, — пробормотал ангел.
Балз отвел взгляд.
— Все нормально…
— Нет. Это насилие.
— Я не хочу обсуждать это. В любом случае, это всего лишь сны. Незачем истерить из-за ночных кошмаров, верно? Это не происходит на самом деле.
— Она не имеет на это права. Но я не стану пытать тебя на эту тему. Хотя думаю, что тебе стоит поговорить с Мэри.
— А, шеллан Рейджа, источник личностной реконструкции, костоправ совести. — Он не душнила, просто смертельно устал. — К тому же, возможно, она вышла из меня.
А потом Балз посмотрел на ангела в упор. Когда он встретил странный серебряный взгляд, Балз понимал, что излучает надежду и отчаяние, а эти чувства воин не захочет показывать никому… кроме своей женщины.
Но сейчас не время думать о гордости.
Лэсситер сделал глубокий вдох и медленно закрыл глаза. Когда все вокруг стихло, исчез свист в котле, гул воздуха в вентиляционной системе и внешние случайные шумы вроде проезжающего автомобиля или лающей собаки.
Ожидая вердикта, Балз хотел бы остаться в неизвестности. Так, по крайней мере, оставался шанс, что он был один в своем теле…
Лэсситер открыл глаза, и нахмуренное выражение — явно не хороший знак.
— О, черт, — пробормотал Балз…
— Я не чувствую ее. Вообще.
Балз дернулся удивленно.
— Что?
— Я не могу… — Ангел окинул Балза взглядом с головы до пят, но все равно не выглядел счастливым. — Я ничего не улавливаю."
"— Ничего? Подожди, это ведь хорошо? Этого мы и хотели? — Балз похлопал по себе, чувствуя, будто стучится в двери с надеждой, что ему не откроют.
Много вопросов вертелось у него на языке, но веселый тон в его голосе сквозил на радостях от неожиданных новостей, учитывая перепады его настроения.
Черт, если Девина действительно ушла, он теперь все предложения будет заканчивать с вопросительной интонацией.
— Говоришь, она не приходила к тебе? — спросил Лэсситер.
— Нет, и я на самом деле спал.
Он говорил все быстрее, и пришлось взять себя в руки, прежде чем он запрыгнет на диван как Том Круз перед Опрой. Но сейчас все частицы паззла сошлись воедино. Все стало ясно, и это хорошо.
Это правильно.
— Я знаю, что она человек.
