Духовный существ, приобретший физическую форму после долгих веков созерцания и чародейства, возвращается в мир живых. В Дхунде, своей древней родине, он воплощается в плоть и кровь, открывая невиданный для лессеров потенциал добра и зла. Этот новый омега несет с собой шокирующий артефакт, который мог бы изменить ход истории, но опасность этого заклинания не менее велика....
Представляя губы ангела на своей груди, его язык на сосках, она ощутила тянущую нужду во всем теле.
— Хочешь, чтобы я оставила этого вампира в покое? — Она отошла от опоры и сделала три шага вперед, сокращая расстояние между их телами. — Этого ты хочешь?
Боже, от ангела изумительно пахло. Свежим воздухом и солнечным светом, хотя они стояли посреди мусора, человеческих испражнений и речной тины.
Когда она протянула руку к его груди, ангел схватил ее запястье.
— Да, демон. Этого я хочу.
Девина не сводила глаз с губ ангела, а потом облизнула свои.
— Отлично. Но придется дать мне кое-что взамен.
— Плевать я хотел…"
"— О нет, придется. Ты в проигрыше, потому что у тебя нет рычага давления. Видишь, в чем дело: если ты сдашь меня Создателю, тебе самому придется объясняться. И ты не можешь принудить меня, только Он может. Значит, ты должен дать мне что-то, и если ты напряжешь мозги… — Она закусила нижнюю губу острыми белыми зубами. Потом чуть слышно зашипела, запустив свободную руку в чашечку своего бюстье.
Лэсситер прищурил сияющие глаза.
— Я не стану тебя трахать.
Девина рывком выдернула руку из хватки.
— Значит, у меня нет стимула оставлять Бальтазара, нечего тут обсуждать. Хорошей ночи, ангел.
Послав Лэсситеру воздушный поцелуй, она исчезла.
С улыбкой на лице.
Глава 9
На улице Маркет, примерно в пятнадцати кварталах от моста, Эрика остановила машину перед исписанным граффити домом без лифта, здание пребывало в таком состоянии, словно жильцы пережили осаду.
Выйдя из машины, она посмотрела через пустые четыре полосы дороги. Примерно десять лет назад в этой части улицы Маркет было полно местных ресторанов, парикмахерских и тату-салонов. Район не считался престижным, но жизнь здесь била ключом. Сейчас все лавочки были заброшены, квартиры либо защищали таким образом, либо пустые помещения занимали самовольные поселенцы, которых отверг город.
Закрыв дверь и заперев машину на ключ, Эрика обошла ее и запрыгнула на пешеходную дорожку. Повернувшись боком, она протиснулась мимо мусорного контейнера, прикрученного к бетону. Он был переполнен, кольцо мусора вокруг его основания напомнило ей о мусорной корзине под ее столом, с разбросанными вокруг него смятыми стикерами.
