Воскресает из пепла драконья жрица. Мамин голос и огненный магический круг создают тихую тревожную атмосферу, заставляя читателя сжаться от страха и удивления. Вспыхнувший красный свет в глазах драконьей хранительницы говорит о готовящемся ближайшем крахе мира.
Знала ли она, какое впечатление производит? Когда она шла своей мягкой поступью, с гордо поднятой головой, идеальной осанкой – её провожали взглядами. Парни желали её, девушки завидовали.
Она словно была выше всех норм, правил. Одевалась, не обращая внимания на моду, говорила только то, что думает, ни перед кем не лебезила. Стоило ей заговорить, как к ней прислушивались. За глаза её называли «королева». Хотя вряд ли кто-то решится сообщить ей её прозвище.
Максиан вспоминал, как пришел к ней после нападения на них.
Не получилось. Он высматривал её в коридорах.
Максиан тогда пустился во все тяжкие. Начал заниматься скетчингом. У него было несколько девушек, связанные с ним договором. Он даже думал, что забыл её.
Вот тогда он и решился пойти в наступление. С трудом договорился со Стефаном, чтобы пойти на бал с ней вместо него. И опять провал. Она не была рада его появлению изначально. При первой же возможности сбежала. А карриту, их карриту, танцевала с этим смазливым слизняком Эманилем, который безуспешно стелился перед Ариадной почти год.
Танцевала с другим, но как смотрела на него! Огонь в её глазах искушал, соблазнял.
