Восстание — читать онлайн бесплатно полностью

Эта ель поразила тогда его своей жизнеутверждающей силой. Артиллерийский снаряд напрочь отколол вершину ее, но ель не засохла, она продолжала жить.

Как на чудо, смотрел тогда Платон Михайлович на дерево, залечившее свою страшную рану. Ель не только жила, нет, ее могучий ствол вместо срезанной вершины воздвиг десятки новых вершин. Их подняли на своих плечах ставшие как бы корнями верхние ветки у слома. В ветвях проснулись никому не приметные раньше, но незримо существующие и дремлющие ростки новых вершин. И вот от ветвей у самого слома ствола, вокруг янтарного купола смолы, закрывшей тяжелую рану, поднялись и потянулись к солнцу молодые вершины.

Платон Михайлович вспоминал старую ель, поднявшую вместо сколотой вершины десяток новых вершин, и думал о народе.

«Нет, ни белым, ни интервентам не удастся обезглавить движение проснувшегося народа… Корни движения ушли в самую основу народной жизни, большевизм становится душой и сущностью народа…»

Пассажиры спали. Никто не мешал думать Платону Михайловичу, и мысли его под размеренное постукивание колес свободно бежали в будущее.

Поезд на станцию Тайга прибыл днем, и в Томск по железнодорожной ветке Платон Михайлович добрался после захода солнца, когда уже начинало смеркаться.

Сдав свой маленький чемоданчик в камеру хранения ручного багажа, он взял извозчика и поехал разыскивать гостиницу «Для приезжающих», где была назначена явка.

Поскрипывали полозья, сани встряхивало на ухабах, извозчик шлепал вожжой по крупу лошади, а Платон Михайлович осматривался по сторонам, безуспешно стараясь подметить признаки прежней шумной жизни университетского города — центра сибирской науки.

Томск был тих и безлюден.

Улицы, по которым пришлось ехать с вокзала к центру, были удивительно похожи одна на одну, как близнецы, рожденные какой-то унылой женщиной в тихом мещанском семействе, — те же деревянные домики с резными наличниками окон, те же аккуратные садики в несколько деревьев, те же дощатые тротуары у домов, те же серые заборы, снежные шапки крыш и над ними неподвижные дымы.

«Где же молодежь, где же студенты? — думал Платон Михайлович, оглядывая пустые тротуары университетского городка. — Одни в армии, другие в тюрьмах? Солдаты и арестанты…»

В центре города было так же малолюдно. Томск казался опустошенным какой-то страшной эпидемией, и Платону Михайловичу не верилось, что еще три недели назад здесь горело залитое кровью восстание солдат Мариинского полка, не пожелавших идти на фронт против Красной Армии.

Уже совсем стемнело, и в окнах домов зажглись огни, а извозчик все кружил по городу, поворачивая с улицы на улицу.