В ночном городке Восточного мир тихо кладется, когда внезапный хохот заставляет накаленные разговоры остановиться. Один из главных героев, Вахид, несказанно огорчен и мрачен после слов Хакимова о Фатиме. Тема остального компания, включая лимонад в реку, кажется ничем по сравнению со сломанным сердцем Вахида.
Ему это показалось вечностью. Наконец оркестр стих.
Взрослый мужчина отложил бумаги.
— Из какой квартиры? Что случилось?
— Вы и есть дежурный сантехник? — поинтересовался Ерожин.
— Это наш художественный руководитель, — сообщил гитарист.
— И дежурный слесарь, — подтвердил художественный руководитель. — Излагайте вашу проблему. Видите, мы репетируем.
Ерожин в своей практике не раз встречался с богемой подобного рода. Из их среды попадалось немало наркоманов. Однако в подвале запаха наркотиков Ерожин не ощутил. Пустых водочных бутылок не заметил, поэтому он решил пойти на откровенность.
— Я тут не живу. С кранами у меня все в порядке. Я просто мент.
— А-а-а, — сказал гитарист. — Жильцы вызвали. Тишины хотят. Так нас на улице не слышно.
— Никто меня не вызывал. У меня свои проблемы. Вот мое удостоверение. — И Ерожин протянул старшему свою корочку.
— Подполковника по подвалам шарить не пошлют, — сообщил раздумчиво художественный руководитель и протянул документ клавишнику. Тот поглядел и передал трубачу, трубач — гитаристу. Удостоверение вернулось к Ерожину. Не дождавшись комментариев, Петр Григорьевич сообщил:
— В вашем доме убили человека.
— А, жмурика с третьего этажа, — понял трубач. — Мы его не убивали. Он не музыкант.
Конкуренцию не создавал.
— Откуда вы знаете, что не музыкант? — схватился Ерожин.
— Говорят, бизнер, — глядя в сторону, изрек гитарист. — Зачем музыкантов мочить? У них деньги редко водятся. А мочат из-за денег.
— Все это лажа, — сообщил клавишник. — У бизнеров понт, тачки, маникухи. Они друг друга и мочат. А у нас дело есть, нам не до глупостей.
— Что вы хотите узнать? — внимательно взглянув Ерожину в глаза, спросил худрук, он же дежурный слесарь.
— В убийстве обвинили девочку. Хорошую, не шлюху, домашнюю девочку. Лифтер показал на нее. А девочка в это время была на даче.
— А кто дежурил, Зинка или Лукич? — поинтересовался трубач.
— На девочку показал Савелий Лукич, — ответил Ерожин.
— Девчонке не повезло, — сообщил гитарист. — Лукич дотошный. Если чего приметит. так от него не отмажешься. Дотошный, занудный, но не вредный. Зря гадить не будет.
— Что значит дотошный, нудный? — не понял Ерожин.
— Лукич типичный представитель старой партийной тусовки. Вечный общественник. Ну, из этих дурачков, что за правду. Его всю жизнь дурили, а он верил. Краснолобый дед. Вот что такое Лукич. Из неподкупных. От своего слова не откажется. Поэтому Толя и сказал, что девчонке не повезло. Вы удовлетворены? — закончил разговор худрук.
