В ночном городке Восточного мир тихо кладется, когда внезапный хохот заставляет накаленные разговоры остановиться. Один из главных героев, Вахид, несказанно огорчен и мрачен после слов Хакимова о Фатиме. Тема остального компания, включая лимонад в реку, кажется ничем по сравнению со сломанным сердцем Вахида....
Отвозил букет от райотдела в именинный день жены секретаря и сопровождал урну для голосования к лежачей бабке, теще председателя исполкома. А в старом сталинском Ерожин знал многих. Заместитель начальника райотдела по розыску — чин в области немалый.
Знакомств хватало. Не хватало для этой должности у Ерожина только звездочки. «Справлюсь — дадут как пить дать», — пронеслось в голове.
Возле подъезда дежурил сержант Крутиков и стояли зеваки. Труп Кадкова чинно лежал в своей постели в спальне. Если бы не два кровавых пятнышка на шелковой пижаме, можно было подумать, что хозяин, приподнявшись на подушке, смотрит телевизор.
— Ничего? — спросил Ерожин, цепко оглядывая спальню.
— Как в санатории: тишь, гладь и Божья благодать.
— Кто обнаружил? — Ерожин приподнял одеяло. Убитый пижамных штанов не надел.
Две ноги торчали из трусов в мелкий цветочек."
"Таких трусов мужчины в городе еще не носили, и Ерожин ухмыльнулся. Костя щелкнул в этот момент вспышкой.
— Обнаружила жена, — ответил Суворов, исследуя пепельницу. — Вышла на полчаса в магазин.
— Где жена? — спросил Ерожин, думая; что хозяин — человек далеко не бедный. Может, грабанули?
— Жена в кабинете.
Соня Кадкова сидела на кожаном диване в кабинете убитого мужа, жадно курила и смотрела в одну точку. Слез на глазах молодой вдовы Ерожин не заметил. Кадков пять лет назад женился во второй раз. Соня, моложе мужа на пятнадцать лет, к тому времени тоже успела развестись. Детей у них не завелось. У Кадкова был сын от первого брака — известный в городе пьяница, хулиган и повеса.
Кадкова капитан знал шапочно. Ублажая своих приятельниц, Ерожин несколько раз обращался к Кадкову за дефицитом. Директор потребсоюза занимал в городской раскладке место тихого бога. О нем вспоминали, когда что-то приходилось добывать. Тогда на Кадкова молились. Получив, забывали. Но и сам Кадков ни в одном высоком кабинете отказа не ждал.
