В ночном городке Восточного мир тихо кладется, когда внезапный хохот заставляет накаленные разговоры остановиться. Один из главных героев, Вахид, несказанно огорчен и мрачен после слов Хакимова о Фатиме. Тема остального компания, включая лимонад в реку, кажется ничем по сравнению со сломанным сердцем Вахида....
— Извини, Манап Кадырович, опоздал…
У меня в больнице бедлам поднялся.
— Тяжелые роды? — поинтересовался Кадыров.
— Роды легкие, последствия тяжелые. Роженица из кишлака… Муж свою бабу и ребенка принимать отказался… Говорит, тебя чужой мужчина видел, больше ты мне не жена. А чужой мужчина — , это я.
— Темнота деревенская… — Кадыров снова вытер лоб. — Видишь, пусто. Никаких криминальных следов, похоже, просто уехала твоя Шура. Слава богу, ничего плохого не приключилось Я, признаюсь, забеспокоился, — облегченно вздохнул Кадыров.
Члены следственно-оперативной группы продолжали обследовать квартиру, переговариваясь на русском вперемешку с узбекским и армянским. Вахид ходил по квартире с тяжелым чувством. Почему Шура уехала, никому ничего не сказав? Почему начальник связывает Шуру и Райхон? Ответов Вахид не находил.
Хотя размышления Кадырова были вполне понятны. Исчезла Райхон, исчезла Шура В квартире было прохладнее, но дышалось тяжело, давно не проветривали. Кадыров вывел Вахида и Мухитдинова на улицу.
— Пусть мои батыры тут все досмотрят, а мы поедем к тебе в роддом, — Кадыров взял Мухитдинова под руку, — посидим, угостишь чаем, поболтаем…
У Мухитдинова при кабинете главного врача имелась комната отдыха. Мягкий диван, стол, холодильник. Туда главврач пригласил милиционеров. Белой тенью шмыгнула Зульфия. Оставила чайник, пиалы, вазочки с изюмом и фисташки. Мухитдинов открыл холодильник и достал коньяк, водку, нарзан. Кадыров пить отказался, а Вахид не удержался, налил себе в пиалу немного коньяку.
— Мы тут все люди свои… Мне до пенсии полгода. Новых дел заводить не хочется, но работа есть работа — налицо странное совпадение. Исчезают жены нашего Вахид-джана.
Первая и вторая. Известно, что они друг друга знали и не слишком любили… Вахид-джан рассказал мне, как женщины выясняли отношения… Гипотеза напрашивается сама собой.
Шура сводит счеты с соперницей и убегает.
— Но это легко проверить, Манап-ака, — сказал Вахид.
— Пожалуй, Рахман Мухитдинович. У тебя журнал дежурств акушерок в порядке?
— Конечно, Манап Кадырович, порядок железный. Представь, что случится в мое отсутствие? С кого спросить?
— Прекрасно, попроси сюда журнал, проверим по числам Через минуту Зульфия принесла журнал и заменила чайник.
— Какие числа вас интересуют? — спросил Мухитдинов, листая журнал.
