Бардак никому не нужен. Особенно на флоте, где дисциплина важна радикально.
– Полагаю, что раз вы все понимаете, то думали над сложившейся ситуацией. По старой морской традиции я хочу выслушать сначала младшего по званию.
– Ваше Императорское Высочество, – чуть пожевав губы, произнес Ульянов. – Я не знаю, как без потерь для Морского министерства выйти из этой ситуации. Меня надобно убрать с занимаемой должности, сохранив во флоте, хотя бы формально. Но так, чтобы никто не уличил Адмиралтейство в травле.
– Мне говорили, что вы ловкий человек, но такой наглости даже я не ожидал, – произнес Великий князь, вполне искренне улыбаясь от уха до уха. – Повышение… надо же! Просто поразительно!
– Я понимаю, что мое предложение не совершенно, а потому и не настаиваю.
– Отчего же? – хохотнул генерал-адмирал. – Признаться, такого простого и очевидного решения мне в голову не приходило. Вы мне нравитесь, Владимир Ильич. И я искренне сожалею, что вы попали в эту весьма неприятную историю…
С того разговора прошел месяц.
И вот теперь Владимир Ильич Ульянов стоял на полуострове между Закрытой бухтой и Выборгским заливом, где самыми ударными темпами шло строительство судостроительного завода. Его завода. Да и он сам слегка переменил статус. И серьезно, хотя на первый взгляд неуловимо. Великий князь Алексей Алексеевич оценил знаменитую советскую схему устранения неудобного чиновника путем его повышения. Поэтому Вова теперь был флигель-адъютантом Свиты Его Императорского Величества, в звании капитана 2-го ранга, но уже гвардейского экипажа. Ну и, само собой, с работы в Техническом комитете Морского министерства его убрали, направив по личному ходатайству генерал-адмирала учиться в Николаевскую морскую академию на кораблестроительное отделение. Само собой, с наставлением учиться, учиться и еще раз учиться. И чем дольше, тем лучше. А вообще – желательно дома, заочно и всю жизнь.
Получилось все как в лучших домах Хайфы – и волк обожрался до кишечных колик, и овцы целы.
Владимир смотрел на громаду корабля, совсем недавно имевшего звучное имя Belgic. Выкупить его было непросто. Все-таки относительно свежая машинка – только лишь семь лет «в строю». Но деньги зачастую позволяют убеждать намного лучше, чем талант самого виртуозного оратора. И вот теперь у временного причала еще только создаваемого Выборгского судостроительного завода «Валар» швартовался его первый корабль с весьма колоритным названием «Испаньола».
