Автор
Возле Тьмы. Чужой — это не просто книга: она оживающая история, где каждая страница дышит приключенческим напряжением. Погрузитесь в мир, где реальность и сказка тонко переплетаются, когда выясняется, что вы не находитесь там, где полагалось бы быть.
Опять то ли сон, то ли бред, то ли не сон, а вовсе явь, просто бредовая… То трясет, то вроде чуть отпускает, рукой прикасаюсь к лицу, а ощущение, что вроде как к маске, почти ничего не чувствую. И еще кажется, что выдох губы обжигает, настолько он горячий.
К вечеру, когда начало темнеть, стало еще хуже, мир вообще перестал делиться на бред и реальность. Ночью думал, что все, уже и энцефалита дожидаться не придется, прямо сейчас и отойду. Но вместо того чтобы помереть, провалился в глухой и черный, без всяких видений сон.
С утра стало не то чтобы лучше, но все же как-то отдохнул. Голова кружилась, трясло, воздух в комнате был такой, что хоть топор вешай, но встал, заставил себя выбраться из-под одеял, даже приоткрыл окно, дотянувшись до задвижки через баррикаду из мебели.
— Надо за водой, — просипел я, глотнув из пластиковой бутылки. — Пропаду так.
Прежде чем начать одеваться, долго обтирался влажными детскими салфетками, ванну принять в брошенном доме с отключенным электричеством никак бы не получилось. Потом пытался есть — без особого успеха, но хоть как-то. Оставив две трети банки консервированных сосисок на потом, запил остатками воды.
В куртке стало душно, но стоило ее распахнуть, как на улице сразу зазнобило под резким прохладным ветром. Дошел до джипа, встал, ухватившись за рукоятку двери, отдышался — даже такая короткая прогулка силы вытянула, опять лоб в испарине и перед глазами круги.
Закинул винтовку на заднее сиденье, уселся за руль, стало чуть легче: сидя — оно не стоя. Джип послушно завелся, рыкнул двигателем и покатил вперед. Вот ряд планеров вдоль полосы, вон контора торговцев, а вот и главный терминал — действительно рукой подать. Тут и километра нет на самом деле.
