Он понимал только одно – он хочет узнать это вместе с ней. Хочет иметь будущее, а пока у них есть только прошлое.
Застонав, он с силой потянул длинную полосу ткани, которую обматывал вокруг ребер, пытаясь затянуть ее как можно туже и стискивая от боли зубы.
– Ты ни за что не сможешь затянуть ее достаточно туго самостоятельно.
Эван едва не уронил повязку, услышав это, дернулся, и его пронзила резкая боль. Он с силой выдохнул, глядя, как она входит в комнату и закрывает за собой дверь.
С колотящимся сердцем он просто упивался ею, испытывая облегчение, и удовольствие, и немалую гордость. Она пришла.
По собственной воле.
Она была одета в свою униформу – одежду, делавшую ее императрицей. Черные брюки и кожаные сапоги выше колен.
Над брюками бледно-голубой корсет, расшитый золотой нитью. На талии новый шарф – ее оружие, – по контрасту с корсетом золотой, расшитый бледно-голубыми нитями. И поверх всего этого черное пальто идеального покроя. На другой женщине он счел бы это пальто маскировкой, скрывающей ее от любопытствующих глаз и превращающей в джентльмена. Но Грейс ни от кого не таилась. Пальто было распахнуто и демонстрировало всем ошеломительный корсет и подкладку в тон, того же голубого цвета – бледно-голубого, как зимнее небо.
Он наслаждался ее видом – сталь и шелк, как сама эта женщина, но его уже охватывала досада. Она опять пришла в маске. Пусть это не та шелковая маска, что она надевала на маскарад, но все равно маска, та же самая, в которой она ходила немного раньше, когда командовала армией Гардена – это была маска силы.
Исчезла женщина, которую ему удалось мельком увидеть после схватки, та, что рассказывала ему, как училась лазать по стенам. Та, что легко раздавала свои улыбки головорезам на улицах и прачкам у лохани.
Он хотел увидеть ту непринужденную улыбку, адресованную ему.
Он хотел ее. Без всякого сомнения.
Но это лучше, чем ничего, так что он согласен.
– Как ты попала в дом?
Она коротко улыбнулась.
– Я закаленная уличная бандитка, герцог. Ты думаешь, такой пустяк, как Гросвенор-сквер, помешает мне взломать дверь и войти?
– Да, это не тот адрес, который остановит тебя, – согласился он. – Тем не менее я удивлен, что мой сверхзаботливый дворецкий не встретил тебя на лестнице.
Она пересекла комнату, подошла к маленькому столику, на котором стояли бокалы и стаканы, а также тяжелый корабельный графин. Эван не мог отвести глаз от ее покачивающейся походки. Полы пальто обвивались вокруг длинных ног. Она вытащила пробку из графина и понюхала бренди. Брови ее приподнялись.
– Французское. Очень дорогое.
– Я понимаю, что существуют способы получить его дешевле, – произнес он, пока она наливала себе в бокал.
Мимо ее ушей не проскочил намек на незаконную деятельность Бесперчаточников.