Они же спасут, верно?
– Эван, какого черта…
Это Уит, со своего места на полу, пытаясь не обращать внимания на боль в ребрах. Слезы оставляли у него на щеках соленые дорожки.
Грейс. Ее волосы, как огненное облако вокруг лица, карие глаза огромны, полны смятения… смятения и кое-чего похуже… Она поняла, что это предательство!
– Не делай этого! – проорал у него за спиной Девон. – Черт тебя дери, брат!
Эти парни заслуживают того, что их ждет. Если не он, это сделает его отец.
«Я никогда не позволю уйти вам всем», – сказал его отец.
«Сделай это, и я привезу сюда твою мать». Эван знал, что это вранье. Но еще он знал, что это единственный шанс не позволить чудовищу уничтожить всех, кого он любит.
Жертвоприношение. Отец требует это в обмен за титул.
Жертвоприношение. И к черту титул.
Он крепче сжал нож, молясь, чтобы его братья оказались именно такими, какими он их знал. Надеясь, что они окажутся лучше, чем когда-нибудь станет он. Через всю комнату посмотрел ей в глаза. Он мог читать ее мысли – всегда читал. Она не верила, что он это сделает.
«Она знала, что он ее любит».
Она мотнула головой, едва заметно, но он увидел.
Увидел и услышал слова, которые они шептали друг другу ночь за ночью: «Мы убежим. Мы все».
Но она не знала остального. Не знала, что его отец никогда не даст им уйти вместе. Не знала, что их единственный шанс на выживание – вот этот. Эван, который остается.
Он заслуживает того, чтобы остаться. Он не такой, как они… Он всегда хотел завоевать этот титул, что, вероятно, делало его таким же гадким, как их отец.
Но они заслуживают жизнь.
У него за спиной Девон поднялся на ноги.
Он кинулся на нее, не в силах отвести взгляда от ее глаз – глаз, о которых мечтал каждую ночь. Глаз, которые любил едва ли не с первой секунды их встречи. Эти глаза будут преследовать его всегда. Вечно.
Они потрясенно, широко распахнулись. Затем в них возникло понимание. Затем страх.
Она пронзительно закричала, и лезвие вонзилось в плоть.
Резкий стук в дверь вырвал Эвана из воспоминаний, и, возвращаясь в настоящее, он едва не уронил бокал с виски, который небрежно держал в руке.
Эван стоял у окна, глядя вниз, на тихий сад, который всего неделю назад кишмя кишел гостями. Ночное небо было ясным, осенняя луна – почти полной, освещая крышу беседки за дальней тайной стеной. Место, где он в последний раз видел Грейс. Место, где она его оставила.
– Войдите, – отозвался он.
Дверь отворилась прежде, чем Эван успел договорить.
