Автор
Возьму тебя навсегда — это острый взрыв сексуальной напряженности и жестокой интимности, где девушка оказывается под контролем неотразимого вилянки. Волшебный зал бытия, где только слышно его хриплое шептанье и острый запах опасности — идеальный вариант для темной читательской фантастики....
Ублюдки!
Неужели теперь моя жизнь превратится в ад?
От паники возникает легкий приступ удушья, пальцы леденеют. По спине вышагивают мурашки размером с детский кулачок, не меньше. Вся спина пронизывается ледяной оторопью.
Я будто под толщей холодной воды, а сверху – толстый панцирь льда!
Даже звуки немного пропадают, отдаляются.
Я добрела до лекционного зала и быстро прошмыгнула на свое место.
Заметила, что целый ряд освободился, словно теперь со мной никто не хотел сидеть. К счастью, преподавателя за кафедрой еще не было.
Я села на свое место, оглянулась по сторонам. Изогнутые ряды поднимались вверх. Мы словно были в амфитеатре. Я заняла привычное место, на левой стороне ряда, изогнутого аркой, посмотрела украдкой вокруг.
Все шушукались между собой. В лекционном зале стоял легкий гул: студенты обсуждали между собой последнюю новость: появление Марка Абрамова, разумеется.
Я отовсюду слышала восторженные шепотки.
– Аааа… Я как увидела Марка, чуть в трусики не кончила! – заоохала Алла Ставрасова, дочка алмазного короля.
– Эээ, бля! А ничего, что я, твой парень, тоже здесь, а? – набычился парень Аллы, сын владельца швейных фабрик – Шелестов Андрей.
– Андрюш, у нас с тобой лав-лав, конечно! Но Марк это просто как икона, кумир! – отмахнулась Алла.
Она достала зеркальце и принялась подкрашивать губы.
– У него куча новых татуировок. Он такой бед бой, такой секси… Девочки, я на диету сяду! Кто со мной? – зашептала горячо Евгения Маркишина.
– Женька, ты на диету? Тьфу, тебя ветром сдует, анорексичка! – ядовито рассмеялась одна из девиц.
– А у тебя жир висит, из трусов вываливается! – зашипела Евгения.
– Ты кого жирной назвала, курица?!
– Давайте девочки, мочите друг друга! – заорал одногруппник. – Ну! Бой в мокрых маечках!
Придурок вскочил со своего места и шлепком раздавил алюминиевую баночку колы, разбрызгивая напиток всюду.
– Ааааа!
– Денис, кретин!
– Идиот несчастный! – заорали на безобразника.
Но через миг все замолчали, только Денис продолжил ржать над теми, кого обрызгал.
Я не сразу поняла, почему вдруг в лекционном зале стало так тихо.
Пугающе тихо.
Слышен был только громкий смех Дениса, но он звучал очень странно в тишине лекционного зала.
Я даже решила, будто в аудитории появился преподаватель, поэтому все так утихли.
Но причина была не в этом.
