Автор
Вознесенная грехом — это драматический роман о внутреннем кризисе, когда прошлый поступок становится неотъемлемой частью настоящего. Главная героиня не может забыть обиду и непонимание из-за собственного поступка в детстве. Страх и сомнения терзают ее, пока она решает бросить все для начала новой жизни. Тем не менее интуиция подсказывает ей ошибка пути, и она вынуждена вернуться к тем местам, где сердце рано или поздно снова разыграется....
К этому времени, похоже, все знали обо мне и Мэддоксе.
– Возможно, это поможет тебе пораскинуть мозгами и заставит осознать ошибку. Если ты извинишься, я дарую тебе быструю смерть, – сказал Эрл, затаскивая Мэддокса в клетку рядом со мной. Смерть? О чем он говорил? Левая сторона лица Мэддокса была залита кровью из-за раны у линии роста волос. Наконец, я заметила, как грудь Мэддокса поднимается и опускается. По крайней мере, он не мертв – пока нет. Происходило что-то ужасно неправильное. Эрл повернулся и закрыл клетку, затем злобно мне улыбнулся.
– А для тебя у меня скоро будет особый сюрприз.
Мне не хотелось думать о том, что это могло значить."
"Я обеспокоенно посмотрела на пса, который расхаживал вокруг Мэддокса, будто только и ждал подходящего момента, чтобы вцепиться в него. Когда Эрл и Коди ушли, я опустилась на колени у решетки.
– Мэддокс, – прошептала я, затем громче. – Мэддокс, очнись!
Его веки затрепетали, но не открылись. Пес обнюхивал его рану. Что, если животное начнет его грызть? Их сегодня кормили? Я не обращала внимания на клетки, когда смотрела из окна комнаты.
– Кыш, – прошипела я, пытаясь отпугнуть пса, но он лишь бросил на меня быстрый взгляд, прежде чем продолжить обнюхивать Мэддокса. – Уходи! – прорычала я, ударяя решетку. Когда это не сработало, я повернулась и схватила свою тарелку с водой. Плеснула водой в пса, и он отскочил. Затем бросился на меня и прыгнул на решетку. Я отшатнулась.
Мэддокс застонал. Часть воды попала ему на лицо. Его глаза распахнулись, и он перевернулся, затем приподнялся на локтях.
– Вессон, место! – приказал Мэддокс резким голосом, прозвучавшим как удар хлыста. – Место!
Пес послушался и лег на живот, лениво высунув розовый язык. За исключением Сатаны, я по-настоящему не общалась ни с одной из других собак.
– С тобой все в порядке? – спросила я. Мэддокс потер голову, поморщился и поднялся на ноги.
– Только голова болит, чертовски сильно.
– Твой дядя очень зол на тебя.
– Да. Он думает, что я предпочел тебя клубу.
Я ничего не ответила.
– Он сказал что-то об особом сюрпризе для меня сегодня.
Мэддокс вздохнул.
– Это одна из причин, по которой я хотел вытащить тебя отсюда.
– Что они сделают?
– Мой дядя хочет набить татуировку у тебя на спине.
Кровь застыла в моих жилах.
