Попаданец Захар Горчак, выживший в схватке с гитлеровцами, вливается в отряд партизанов. Он использует свою новую легенду, чтобы заманивать врага в ловушки, и его судьба связана с разведчиком Николаем Ивановичем Кузнецовым.
– Это касается всех, – отрезал я жестко, – как ты думаешь, куда побегут или кому будут помогать простые крестьяне, если их даже казалось бы свои режут?
– Не понял? – О, все-таки с соображением у тебя негусто.
– А что тут непонятного? – пожал я плечами. – Зашли в деревню, снасильничали баб, пограбили, кого-то убили, дома сожгли. Оставшиеся куда пойдут? Думаешь, будут сидеть и ждать следующего погрома? Они, может, и необразованные крестьяне, но с головой-то у них все нормально. Деревенские жители простые, они идут и тянутся туда, где лучше, а во время войны еще проще, идут туда, где будут живы. Вот и все. Читая сводки, я даже внимания не обращаю на нападения на полицаев. С ними все ясно, зачастую я бы их сам немцам сдавал, для тюрьмы. Им самое большее, что можно доверить, так это охрану лагерей. Так что я работаю лишь по нападениям на немцев, и только на них. Это продуктивнее. Именно поэтому и получается работать с пользой для дела.
– Соглашусь, – подвел итог литовец.
Как будто мне нужно было его согласие. Тварь.
Я отправил этих ухарей выполнять задание их шефа, а сам, заметая следы, искал возможность встретиться с кем-либо из агентуры. Меня пока не вели, что уже радовало, но кто знает, не поставил ли полковник Бербок такую задачу мальчишкам? Кстати, в первый раз расслышав фамилию полковника, даже обрадовался, пусть он может и не быть родственником будущего немецкого политика-русофоба, но грохнуть его захотелось еще сильнее.
Встретившись на «маяке» с молодым парнем из отряда, передал все, что нужно знать командиру, и направился в бар, где любят заседать комендачи. Надо приглядеться к ним, убирать полковника задача не из легких, охрана, гестапо кругом, да и простых армейцев хватает, тут нужно думать, и крепко.
Через два дня, сначала от агентов из отряда, а затем и от начальства, я узнал о пропаже мальчишек.
Удивила реакция полковника Бербока, он никаким образом не выказал подозрение ко мне, не изменилось вообще ничего, словно и не было никогда этих мальчишек, агентов абвера.
Я насторожился было, но вскоре ситуацию прояснили партизаны. Один из мальчишек, как раз из тех двоих, с кем я и общался, выказал желание служить Союзу. Он точно так же, как и я в Сталинграде, попавшись, сразу сдал подельника и заодно меня. Сообщив партизанам, что есть мальчишка, агент абвера, и работает он по поиску отряда. Меня он так описал.
